Выбрать главу

— Понимаю, - тихо сказала она. - Буду действовать.

Она разобрала телефон, вынула сим-карту, сломала ее и выбросила в урну на улице.

Вечерний город сиял перед ней холодными огнями. Где-то в этой паутине света и стали бродил Алексей Волков, уверенный, что охотится на преступницу. И где-то здесь же, в еще более глубокой тени, наблюдали за ними обоими те, для кого они были всего лишь пешками на доске.

Она должна была сделать следующий ход. Но как сделать так, чтобы пешка по имени Волков, сама того не зная, пошла в нужном направлении и прикрыла собой королеву?


Алексей сидел в своем кабинете, и его мир, прежде такой четкий, состоящий из фактов и логических цепочек, дал трещину. Документы от Вероники лежали перед ним - выверенные, как бухгалтерский отчет, лишенные изъяна. Адвокат ушел, оставив после себя запах дорогого парфюма и ощущение того, что Алексей проиграл этот раунд.

Он мысленно возвращался к ее фразе: «Ради вашего же спокойствия». Угроза? Искреннее предостережение?

Его собственный компьютер молчал. Запросы в международные базы по делам о возвращении произведений искусства дали неожиданный результат. Имя Вероники Лазаревой всплывало не как подозреваемой, а как… неофициального консультанта. Вскользь, в примечаниях, в благодарностях от коллег из Италии, Франции, Германии. Ее как будто специально держали в тени, но след был.

Он взял телефон, набрал номер Марины.

— Марина, мне нужна информация по синдикату «Попечители». Все, что есть в закрытых сводках.
— Лёш, это не наше дело, это ж федералы и Интерпол курируют, - на другом конце провода прозвучала настороженная пауза. - И при чем тут твоя галерейщица?


— Не знаю. Может, ни при чем. А может, ключ. Дай, что есть.

Пока ждал, он вновь вышел к маркерной доске. Фотография Вероники в центре. Он взял синий маркер и провел линии от нее к фотографиям украденных картин. Потом взял зеленый и провел другие линии — к делам о возвращенных шедеврах. Получилась запутанная звезда, где она была в узле. Не паук и не муха. Скорее… проводник. Но куда?

Пришел ответ от Марины. Файл был скудным. «Попечители» — предполагаемое международное объединение, занимающееся хищением и отмыванием денег через арт-рынок. Работают через подставных лиц, аукционные дома и частные галереи. Ни одного подтвержденного имени. Только клички: «Хранитель», «Аукционист», «Критик». В примечании стояло: «По данным, ведется длительная операция по внедрению. Конфиденциально».

Внедрение.

Слово повисло в воздухе, тяжелое, как гиря.

Его телефон завибрировал. Неизвестный номер. Смс.

«Складской комплекс «Галеон», ангар 4Б. Полночь. Приезжайте одни. Не как следователь. Как человек, который хочет знать правду. Не пытайтесь вычислить этот номер. Вы не успеете. В.»

Он замер, вглядываясь в букву «В». Сердце заколотилось глухо и тяжело. Ловушка? Слишком очевидно. Провокация? Возможно. Но в тексте было что-то иное. Не вызов, а… приглашение. Рискованное, отчаянное.

«Не как следователь. Как человек, который хочет знать правду».

Он посмотрел на часы Дали. Было девять вечера.

---

Склад «Галеон» на окраине порта был царством ржавчины, теней и воющих сквозняков. Алексей оставил машину в километре от места, пошел пешком, прислушиваясь к каждому шороху. На нем был темный непромокаемый плащ поверх бронежилета, пистолет в кобуре у ребер. Он нарушил условие «один», поставив напарников из доверенной группы на периметр в полукилометре. «Только если будет стрельба», - отдал он приказ. Он не верил ей. Не мог. Но и провалиться в засаду, как тогда, с Дали, не имел права.

Ангар 4Б оказался полуразрушенным, одна створка ворот покосилась, образуя черный провал. Внутри пахло сыростью, мазутом и… кофе. Слабый свет фонарика выхватывал из мрака фигуру, сидящую на краю пустого грузового контейнера.

Вероника. В темных штанах, куртке и ботинках, без намёка на элегантность. Лицо бледное, в левой руке — термос, в правой — пистолет, лежащий на колене, дулом в сторону. Не на него. Просто наготове.

— Я сказала — один, - её голос прозвучал устало в гулком пространстве ангара.
— Я один, - отозвался Алексей, останавливаясь в десяти шагах. - А твои люди? Где «клиент из Цюриха»?

Она горько усмехнулась.

— Клиент… сделал своё предложение. И дал понять, что за мной и за тобой теперь следят особенно внимательно. Поздравляю, следователь. Ты стал фактором риска в очень крупной игре.
— Какая игра, Лазарева? - он не двигался с места, рука на рукояти пистолета. - И кто игроки?

Она открутила крышку термоса, налила кофе в крышку-стакан, отпила.

— Ты прав в одном, - сказала она, не глядя на него. - Я в центре паутины. Но я не паук. Я… жертва, которая научилась имитировать паука, чтобы выжить. «Попечители». Слышал?