Алексей кивнул, не выпуская ее из вида.
— Они существуют. Я три года готовилась, чтобы они ко мне пришли. Моя галерея, моя репутация, мои полулегальные возвращения — это приманка. Чтобы они увидели во мне талантливую, амбициозную и… морально гибкую специалистку. Которая может быть полезна. Сегодня мне предложили стать частью их системы.
Он почувствовал, как земля уходит из-под ног. Его версия рушилась полностью, обнажая нечто невообразимо большее.
— Ты работаешь на них? - голос его стал хриплым.
— Я работаю против них. Но чтобы добраться до головы, нужно позволить щупальцам обвить себя. Сегодня я была на шаг ближе к «Хранителю». А теперь… теперь они в курсе про тебя. И моя легенда под угрозой. Если они заподозрят, что я не та, за кого себя выдаю, меня «нейтрализуют». А заодно и того назойливого следователя, который ко мне привязался.
Она подняла на него глаза. В свете фонарика они казались огромными, полными незнакомой ему уязвимости.
— Я не могу тебе всё рассказать. Не могу показать документы, выйти с тобой к твоему начальству и сказать «Вот она, операция!». Потому что у «Попечителей» глаза и уши везде. В том числе, судя по сегодняшнему, в вашем главке. Один неверный шаг — и годы работы к черту. А шедевры, которые они крадут и отмывают, исчезнут навсегда в частных сейфах по всему миру.
Алексей медленно выдохнул. Он слышал в её голосе правду. Ту самую, неудобную, не вписывающуюся в баланс правду.
— Почему ты мне это говоришь? - спросил он. - Зачем рисковать?
— Потому что ты, как слепой танк, идешь и ломаешь всё на своём пути! - в её голосе впервые прорвалось отчаяние. - Ты своими действиями уже привлек к себе их внимание! Они видят в тебе угрозу, которую нужно устранить. А я… я не могу позволить тебя убить. Потому что ты, сам того не ведая, упёрся в единственное настоящее дело в своей карьере. И потому что… - она замолчала, снова отпила кофе, чтобы скрыть дрожь в руках. - Потому что я устала быть одной в этой тьме. И мне нужен… партнер. Который будет действовать там, где я не могу. На свету. По закону.
Он подошел ближе. Теперь их разделяло пять шагов.
— Какие доказательства? - спросил он жестко. - Твоё слово против всех моих фактов?
— Сегодняшняя встреча, - быстро сказала она. - Эмиль Йост. Швейцарский банкир. Проверь его. Все его операции, связанные с искусством за последние пять лет. Найди ниточку. Но делай это тихо. Очень тихо. Если твой запрос уйдет по официальным каналам, они узнают в течение суток.
Она протянула ему маленькую флешку.
— Здесь всё, что я могу дать тебе сейчас. Данные по трем картинам, которые сейчас в «обороте» у «Попечителей». Их настоящий провенанс, места хранения, поддельные документы. Проверь. Сопоставь. Убедись сам.
Он взял флешку. Она была теплой от её руки.
— А что дальше? - спросил он, сжимая пластиковый корпус в ладони.
— Дальше… ты решаешь, верить мне или нет. Если не веришь — арестуй меня прямо здесь. У тебя есть пистолет, у меня — кофе. - Она горько улыбнулась. - Если веришь… стань моим щитом. Моим легальным прикрытием. Выводи их на себя, но так, чтобы они думали, что ты просто упрямый мент, а не человек, который знает правду. А я буду делать свою работу в тени.
Он долго смотрел на неё. На эту женщину, которая из картонного злодея в его голове превратилась в живого, измученного, смертельно рискующего человека.
— Ты использовала меня с самого начала? На допросе? - спросил он.
— Да, - честно ответила она. - Ты был идеальным прикрытием. Слишком яростным, чтобы быть подставным. Слишком… настоящим. Прости.
Он отвернулся, прошелся по холодному бетону ангара. Вспомнил взгляд Дали. «Слишком красиво». Но сейчас это была не красивая ложь. Это была уродливая, страшная правда.
— Если я с тобой, - обернулся он, - то никаких недомолвок. Я принимаю решения. Ты не идешь на риск без моего согласия. И если я говорю «стоп» — значит, стоп. Понимаешь?
Вероника медленно кивнула.
— Понимаю. Но и ты пойми: иногда «стоп» будет означать провал всей операции. И тогда они уйдут. Навсегда.
Он подошел вплотную. Теперь он видел тонкую сеть морщинок у её глаз, следы бессонных ночей.
— Я буду проверять каждую цифру на этой флешке. И если хоть в чем-то соврешь…
— Я знаю, - она прервала его. - Тогда арестуешь. И будешь прав.
Он протянул руку. Не для рукопожатия. Просто.
— Давай свою.
Она удивленно посмотрела на его ладонь, потом медленно положила в неё свой пистолет. Холодный металл, тяжелый.
— Это… знак доверия? - спросила она тихо.
— Это знак того, что теперь мы — команда, - сказал он, убирая оружие в свою кобуру. - А в команде я несу ответственность за безопасность партнера.