С этими словами Женек ловко спрыгнул на пол и направился к окну, закрыл его. И лишь когда вернулся обратно на свою кровать, поджав по-турецки под себя ноги, заговорил:
- Начну с самого сложного и главного. Уверен просто, что все, кто здесь находятся, меня поймут и поверят в мою правду. Я по своей природе не просто человек. Я – оборотень. – он сделал небольшую паузу, проследил пристальным взглядом по лицам каждого из нас и продолжил. – Ген зверя мне достался с самого рождения – от отца. Мать у меня – обычный человек. Про таких как я у нас говорят – полукровка. К нам и относятся пренебрежительно. Ведь оборачиваться полукровки, как правило, не могут. Хотя с детства мы все слышим рассказы, что бывали исключения. И имеющие смешанную природу: волка и человека делали оборот в зверя. И даже становились альфами стаи. Но таких случаев единицы, да и были они предельно давно – веке в девятнадцатом последний полукровка обернулся.
- Послушай, Жень, - перебил парня, - а кто это вы?
- Как кто? Наш клан! – удивленно выдал парень. – И таких сообществ, как наше немало. Только в России их несколько десятков. А так, если по земному шару пробежаться, то в каждой стране наши собратья есть. Правда не все со всеми в хороших отношениях: битва за власть, признание сильного – и все такое. Если честно, то я никогда раньше особо всем этим не интересовался. Ведь в общине остаются лишь чистокровные: им нужно постоянно оборачиваться, тренировать силы, со своим зверем общаться. Такие же, как я, сразу после школы обычно отправляемся в большой мир. Вот и меня родители отправили учиться сюда. Кто же знал, что мой зверь проснется и вырвется на свободу в аккурат первого сентября?!
- Но что-то же заставило тебя инициироваться? – а это уже Витька спросил.
Я сидел и просто офигевал от всего происходящего. У меня сейчас вообще такое ощущение было, что я попал на съемки фильма о сверхъестественном. И сейчас где-то стоит скрытая камера и снимает все. А потом вдруг голос-команда: «Так: стоп! Снято!» и мы все вернемся из этого сюрреализма в обычную реальность двадцать первого века.
Но камеру никто не останавливал. Зато Женя продолжил свой сверхъестественный рассказ:
- Ты прав. Мой волк проснулся не просто так: он учуял кровь избранной.
- Ты еще скажи – истинной! – хохотнул Ванька.
- Ты о чем?! – возмутился Женька. – И вообще, Вань, ты бы поменьше в бабские книжки нос совал. Того и гляди, сам скоро подобное чтиво строчить начнешь.
- А что в этом такого плохого? – не обиделся Ванька, - раз одни читают, значит, другим можно писать. Так что там с кровью? Чья кровь так тебя торкнула?
- Ну а кто у нас вчера поранился?! – огрызнулся Женька и на меня извиняющийся взгляд бросил.
От посетившей догадки я похолодел. И когда Ванька назвал имя Вероники я не выдержал и подскочил на ноги:
- Даже думать о ней забудь! Задолбали вы все на мою Нику слюни пускать.
- Да я и не претендую так-то, - по-простецки развел руками Женька. – Я только сказал, что от запаха её крови проснулся мой волк. И все. Так бывает. И я же не виноват, что твоя девушка – это та самая избранная.
- Какая еще та самая? – спросил в бешенстве.
- Да мне-то откуда знать?! – Женька тоже психанул и на пол прыгнул – прямо напротив меня. – Я вообще всего этого не знал. Про какую-то там избранную у нас в клане не рассказывали.
- Тогда откуда ты это узнал?!
- Да Лагунов сказал!
- Когда ты успел с Юстином пересечься?!
- А причем здесь этот отбитый на всю голову старшекурсник? Я вообще-то про Валерия Евгеньевича сейчас говорю. Он же бросился за мной практически сразу. Я только оборот сделал и перемахнув через забор, направился в лес. Я боялся, что мой зверь взбунтуется и бросится на кого-нибудь. А когда в лесу оказался, растерялся. Поэтому просто сидел под деревом на опушке, на Луну смотрел.
- И выл.
- Иди ты в пень, Богдан! – огрызнулся Женька.
Тот в ответ хохотнул, но комментировать дальше не стал.
Зато Женька продолжил:
- Примерно через час меня нашел наш физрук. И знаете что, парни? Он абсолютно меня не боялся! Да он даже не удивился, когда меня увидел! Подошел ко мне спокойно, начал разговаривать как с обычным человеком.
- А что было потом? Как ты опять нормальным челом стал? – спросил я.
- Да сам не понял, если честно. Лагунов начал что-то бормотать себе под нос. Потом тряпку какую-то из кармана вытащил и начал ею перед моим носом махать. Я и отключился – словно вырубило враз. А когда в себя пришёл – уже человеком был. Только голым. Хорошо, что Валерий Евгеньевич догадался для меня комплект одежды захватить. Это его вещи – нужно будет постирать и вернуть.