- Но как у тебя оказался запасной комплект?
- Не поверишь, но случайно. Я тогда дома еще была и об академии думать не думала. Но мне приснился мой дедушка, который в свое время очень сильно пострадал от Советской власти. И он просто достал из маминой шкатулки этот комплект и положил в мою сумочку.
А когда я проснулась, на самом деле обнаружила их в сумочке. Ну и вытаскивать не стала. А теперь вот понимаю, что не зря.
- Спасибо, правда. Только не помешало бы еще святой воды прихватить.
- Взяла. И даже мирру и ладан прихватила.
С этими словами она раскрыла сумочку и показала мне небольшие бутылочки.
- Теперь можно идти. Мы с тобой – как те самые охотники на вампиров.
И вот вроде бы разговаривали шепотом, да и не было никого в это время в помещении, да только вот чувство такое было, что за нами следят. Может просто где-то установлена камера видеонаблюдения? Должна же здесь система контроля быть?
Либо у меня начинается паранойя. А это уже серьезно.
Ладно, разберемся по ходу дела. Да еще вечерком деду позвоню, расспрошу.
А пока схватил свою блондиночку за руку и потянул в столовую.
А там народу было – яблоку негде упасть. И стоять бы нам с Никой в очереди до самого звонка на первую пару, не будь у нас хороших соседей по комнатам.
Оказалось, что они взяли на нас завтрак. Поблагодарили их за это и поспешили присоедениться.
Естественно, что за столом не было ни Богдана, ни Златы.
Времени на разговоры особо не было тоже. Но ребята взяли с нас обоих слово все им рассказать в большой обеденный перерыв. Мы даже договорились встретится по возможности пораньше. А еще занять на всех десятерых очередь и стол.
- Вы так уверены, что все будут? – только спросил.
- Будут, куда они денутся. Не удивлюсь, если на первой или второй паре появятся. Только вам их бояться не стоит… днем. А вот что мы с ними в одной комнате будем делать ночью – вот это уже вопрос и проблема.
С Витькой мы все молчаливо согласились. А потом прозвенел первый звонок и разогнал нас всех на занятия.
Благодаря личному инструктажу Анастасии Ивановны мы знали, какие предметы вообще нас ждут в этом учебном году: высшая математика (без нее, как оказалось, совсем никак будущим дипломатам! Видимо, будем шпионов количество считать столбиком), философия, политология, религиоведение, политическая экономика, история отечества, зарубежная и искусства, не менее трех иностранных языков, собственно родной русский язык и литературу, искусство дипломатии, физическая культура…
Интересно, что на третьем курсе обещали больше спецпредметов. Сейчас же нас ждала просто общая вузовская программа.
Плюс – не менее трех секций – кружков на выбор.
Кстати о них: записываться в кружки – секции мы должны были уже сегодня. И как раз, когда мы с Никой спокойно сидели в аудитории и ждали со всеми остальными преподавателя по религиоведению (вообще странный предмет в расписании), ворвались настоящим тайфуном уже известные нам члены-коореспонденты местной академической газеты.
- Всем-всем внимание! Сейчас и только сейчас мы запишем вас на дополнительные занятия. Со списком вы должны были ознакомится еще вчера. Итак!
С этими словами неугомонные юниорки газеты «Новости Союзников» принялись нас всех опрашивать, записывать, агитировать…
При всем при этом они не забывали задавать разные вопросы и фотографировать.
Дошла очередь и до нас.
- О, нашая самая красивая и романтичная пара первого курса! Вы уже определились, куда вас записать?
В итоге я записился на кроссфит, стрельбу и шахматы.
- Отличный выбор, Никита! – тут же заулыбалась самая настырная из трех юниорок. – А твоя девушка будет ходить везде с тобой?
- Ну, она так-то говорить умеет. У нее самой и спросите! – резковато ответил.
Просто эта юниорочка по имени Катя (сама свое имя чуть ли не в лицо мне назвала!) так откровенно и пошло строила мне глазки, так старалась показать свое «достоинство» верхних девяносто, что даже неудобно перед Вероникой стало.
Вот тебе и юниорки. И что толку, что одеты они были сейчас все в ту же советско-пионерскую атрибутику? Если пионерский галстук у этой Кати был завязан как попало и больше придавал вульгарности, чем строгости и морали?
А Кате словно и дела до Вероники нет. Она наклонилась ко мне низко-низко, носом даже чиркнуть по щеке умудрилась. И прошептала на ухо: