Занятия продолжались. Приходили новые преподаватели, вводились новые предметы. В принципе о них мы более или менее, но знали. Все они (или почти все!) были в учебной программе и других ВУЗов. Здесь как раз разницы не было.
Отличие было в другом: в самой подаче материала и в том, как мы его усваивали. Вот тут-то мы дружно и вспомнили рассказы старшего поколения о том, как они сами учились раньше. Мы все из нашего времени словно переместились в прошлое: здесь не было ни компьютеров с интерактивными досками и проекторами, ни планшетов с ноутбуками. Про интернет и сотовую связь вообще молчу.
Кстати о ней: подходила к концу нашего почти добровольного здесь нахождения первая учебная неделя, а многие из первокурсников готовы были выть от тоски по этому самому интернету. И переписки в соцсетях.
Мне тоже их не хватало. Как и Веронике. И для начала мы решили воспользоваться возможностью позвонить родным по простому телефону. Что и собрались сделать после ужина. Но сначала нужно было закончить дело, оставшееся нам с утра: навестить Анну Платоновну.
О том, чтобы она одна к ней пошла – и речи не шло. Мы с ней сами, как и все окружающие как-то быстро свыклись в мыслью, что «Два Ника – это два ника».
Поэтому плотно поужинав, захватили с собой небольшой гостинец «болеющей» и направились в лазарет.
Постучали в дверь. И как и ожидалось, нам открыла Наталья Борисовна.
- Вы к Анне Платоновне?
- К ней. Можно? – робко улыбнулась Вероника.
Я же сдержанно поздоровался и все. И тому были причины. Ведь Ильяс в момент нападения стратилата сумел понять, что это женщина. А ведь изначально в числе подозреваемых была Свистунова. И теперь, в свете новых событий я не спешил сбрасывать ее со счетов. Ведь признаков того, что главный вампир, т.е. вампирша – она было немало. Да одно только это её долголетие и относительно сохранившаяся молодость многого стоили. Кто их там, этих вампиров знает? Может ген стратилата заразный какой-то? И от более тесного, так сказать с ним контакта заразиться можно? Вот и Свистунова этой заразы от мужа своего набралась?
Второй подозреваемой в моем личном списке была Сергушина. И здесь тоже не на ровном месте подозрения зародились. Может это она сама своего сыночка и обратила. Кто же разберет, что у этих отбитых на всю голову кровососов на уме? Может они здесь в академии всемирный заговор замутили?
Третья же подозреваемая сейчас лежала на больничной кровати в палате, куда нас с блондиночкой запустили. Только заставили предварительно руки с хозяйственным мылом хорошо вымыть, да натянуть медицинские халаты. Ну и разуться тоже пришлось. Прям ни дать ни взять, а в терапию попали.
- Добрый вечер. К вам можно? – осторожно начала разговор Вероника.
Я все так же продолжал молчать. Мое дело – наблюдать за всеми. И за Свистуновой в том числе.
- Добрый-добрый, деточки! Проходите, конечно! – проскрипела бабушка.
Именно бабушка. Потому как ни на кого другого она сейчас просто не тянула. Если еще утром перед нами была вполне живая и жизнерадостная пожилая женщина, то сейчас на белой больничной постели лежала такая же бледная копия преподавательницы.
И не знаю как Веронике, а лично мне стало дико стыдно.
Я поздоровался сдержанно с бабулькой и предпочел и дальше отмалчиваться. Разговоры с ней вела Вероника.
Они поговорили о том, о сём минут десять. Потом Свистунова, которая все это время сидела в коридоре и через открытую дверь незаметно наблюдала за нами, напомнила о времени. И мы стали прощаться.
- Так вы не переживайте, деточки! Вы же не со зла. Уверена просто, что вы не знали о моей непереносимости этих хоть и прекрасных, но лично для меня таких вредных запахов! Эх, знали бы вы, как мне в детстве из-за этого доставалось от матушки. Она же из-за этой аллергии не могла водить меня на службу в храм.
Я сочувственно глянул на старушку. А вот Вероника вдруг удивила своим вопросом:
- А какой храм, Анна Платоновна? В то время же храмов практически не было? В советское-то время? Или как?
Заметил, как бабулька напряглась. Но ответила почти сразу:
- Ой, да! Права ты, Вероничка. Не зря же сама из церковной семьи. Да только не везде же церквушки закрыли: в отдаленных да глухих деревнях они продолжали работать. Например, у нас здесь, в Сибири были. Советская власть здесь всегда не особо сильной была.
Видел по Нике, что не особо она верит бабкиным словам. Ладно, потом узнаю что, к чему.
- Так мы можем вам чем-то помочь? – решил вмешаться в разговор.
- Да что мне помогать-то? Я здесь еще ночку да денек следующий полежу и поправлюсь. А в понедельник и занятия снова вести буду. Мы же, старшое поколение, люди крепкие. А вы себя берегите. Слышала, что ночью в лазарет сразу трое ваших поступило: девочка такая рыженькая, как солнышко и двое пареньков. Хилое поколение нынче, слабое.