Так мы с Ником и разошлись в разные стороны. И было это очень непривычно: мы с ним настолько срослись за последние сутки. Даже ребята это заметили и пошутили, что «два ника разделились».
Но так или иначе, а я шла следом за жутко спешащей женой деда. И чем дальше мы уходили, тем быстрее она шла, а потом и вовсе перешла на бег.
- Куда мы так торопимся, Наталья Борисовна? – я ничего не могла понять, но в душе поселилась непонятная тревога.
А еще стало закрадываться подозрительно знакомое чувство: такое, когда вас обманывают и вы это только что узнали.
Поняв это, я резко остановилась. Тем более, что направлялись мы не к лекарскому крылу, а в совершенно противоположную сторону – к пищеблоку.
Поняв, что я не собираюсь за ней следовать, остановилась и Свистунова, обернулась ко мне:
- Быстро же ты догадалась, Вероника. Но лично для тебя это уже ничего не изменит. И скажу честно – мне очень жаль, что вам с Никитой пришлось участвовать во всем этом.
- В чем именно?
- Вы же с молодым Иероновым лишь сладкая приманка. Забирайте ее! – последнее она просто прокричала.
Я даже не успела ничего понять, как на меня налетели те три юниорки и повалили на землю.
- Дальше сами, - сказав это, Свистунова ушла.
Но мне было сейчас не до нее. Знаете, когда тебе с силой выворачивают руки, не до раздумий.
- Вот ты и попалась в мои руки, поповна! – не сказала, а практически выплюнула мне в лицо одна из юниорок. Та самая, что тогда строила Нику глазки.
- Да брось ты уже об этом своем блондине мечтать! – противно захохотала одна из ее подружек, - все-равно ему недолго осталось!
- Что? Вы о чем? – я пыталась хоть что-то пытаться разобрать в их беспорядочном разговоре.
- Два жертвенных барана! Ах-ха-ха! – загоготали «пионерки».
- Да вы ненормальные! – я не выдержала.
За что тут же получила удар в лицо.
- Эй, поосторожнее с ней! Платоновна же предупреждала, чтобы пальцем ее не трогали!
- А я не пальцем, я кулаком! – захохотала ударившая.
Катя. Я вспомнила ее имя. И понимая, чем мне это может грозить, все же решилась:
- Катя, тебе же так понравился Никита?!
- Очень! – протянула довольно эта Катя.
- Тогда как ты можешь так спокойно рассуждать о том, что он погибнет?
- Ой, какие же вы людишки глупые! – протянула она, - Понравился мне твой Никита, да! Да только кровь у него такая вкусная! Знаешь, нам Аннушка давала по большим праздникам охотничью кровь – вместо десерта-лакомства. А теперь целый охотник нам в руки попался! – и снова дикий хохот.
Я поняла, что разговаривать с ними бесполезно. Они вообще вели себя как обкуренные наркоманы. Только смотрелось это уж очень нелепо: нарядные-отрядные пионерочки с красными галстуками на шеях, белыми бантами и красными пилотками на головах, а в глазах – дикий нездоровый блеск. Да и сами эти глаза сейчас неестественно светились красным.
А еще как назло, сегодня с самого утра набежали тучи и заволокли все небо. Ни одного солнечного лучика не пробивалось сквозь плотную завесу облаков.
Меж тем меня вели – волокли к пищеблоку.
- Вы собрались меня приготовить на обед? – во мне вдруг шутница проснулась.
- Ага! Топай, давай! Иначе просто с лестницы спущу!
Передо мной раскрыли дверь, за которой зияла темнота. Но юниорки угрожающе двинулись в мою сторону и мне ничего другого не оставалось, как шагнуть в темноту. Шагнуть, чтобы просто провалиться – начать в буквальном смысле слова падать вниз.
- А-а-а! – закричала в страхе. А еще в голове мысль мелькнула, что вот так и закончится моя недолгая жизнь. А я так и не узнаю всей правды про истинное отношение Юстина ко мне.
- Юстин, идиот! – донеслось сверху, - Ты нафига лестницу убрал? Твоя же зазноба сейчас шею свернет!
- Не свернет! – произнес сам парень, ловко поймав меня на руки и прижимая к себе.
Я прижалась к парню, в груди которого бешенной барабанной дробью стучало сердце. Почти как у Никиты. Только этот парень был холоден, как лед.
- Эй, Вероника?! – донеслось обеспокоенное сверху. – Ты там живая?!
- Молчи! – на грани слышимости прошептал мне на ухо Юстин.
Я согласно кивнула.
- Юстин?! – следом раздалось требовательное Кати.
И снова тишина. Мы с ним так и стояли, прижавшись друг к другу.
- Черт! Нужно спуститься и посмотреть, что там с этой Вероникой! Если она себе шею свернула, то плохи наши дела!
- Давай вон ту лестницу подтащим и спустим, должно длины хватить.
- Давай! А ты, Катька, пока сторожи.
- Ладно, посторожу.только закрою пока на всякий случай. А то вдруг нашей поповны душа в голубку превратиться и улетит! А вы смотрите себе пупы не надорвите! – загоготала Катька.