И нужно объяснить, что эти тени находятся ниже ступени внутренней души, а также являются лишь подсветкой от печати для оттиска, которая есть в Есод, и только от нее. Однако образ мохин — это огромный окружающий свет относительно внутренней души. Из-за того, что он происходит от самих келим Имы и также от келим половины Тиферет и НЕХИ дэ-Има. И выясни хорошенько в другом месте, что сами тени это облачения душ, образованные формой для оттиска, находящейся в кли НЕХИ, как кажется мне по моему скромному разумению.
Вопрос: Что такое раскрытие сосуда. Ведь если мы строим кли, то раскрывается не оно само, а свет в нем? Как понять то, что сосуд раскрывается?
По отношению к кому раскрывается? По отношению ко мне. Раскрывается мой сосуд, мои желания, их причины. Раскрытие сосудов, исправление сосудов, все действия с сосудами совершаются светами. Поэтому вопрос правильный. Мы учим, что Высший свет пребывает в абсолютном покое, в нем ничего не меняется. Так разве может быть, чтобы свет претерпевал изменения? Он не меняется. А если свет не меняется — то и сосуд не может измениться. Ведь, как мы изучаем, сам сосуд есть, в конечном итоге, функция света. Как же на это ответить?
Из зала: Сосуд внутри себя чувствует, как что-то меняется.
Отчего сосуд чувствует, что в чем-то происходит изменение? Какое может быть изменение, если свет неизменен?
Из зала: Сменяются решимот.
Ну и как же они сменяются? Сказано замечательно, но как же они сменятся, если свет не меняется? Сами по себе? Что, есть какая-то пружина, которая их выбрасывает? Каким образом в сосуде могут происходить изменения, если свет пребывает в абсолютном покое?
Из зала: Меняется мера недостатка, ненаполненности.
Как может измениться ощущение недостатка, если свет не меняется? Только относительно сосуда имеется такое ощущение, как будто это окружающий или внутренний свет. Однако, нам говорят, что свет этот неизменен и находится в абсолютном покое. Как же такое возможно, чтобы созданное светом и поддерживаемое светом творение менялось, если свет не меняется?
Когда мы говорим, что свет пребывает в абсолютном покое, это означает, что он всегда на 100?% хочет приносить благо сосуду. В этом он абсолютно неизменен. Именно это называется для него покоем. Однако во всем остальном он постоянно, прямо-таки в бесконечном диапазоне меняется относительно сосуда, чтобы воздействовать на него и делать для него, что только можно.
Я смотрю на своего соседа и вижу, как он любит своего сына, целует его, обнимает, водит его на прогулки, в зоопарк — по-настоящему заботится о нем. Однажды я увидел, как сосед шлепает его, и этот несчастный сын плачет. А в другой раз я снова видел, как он обнимает и целует его. В чем дело? Любит или ненавидит?
Из зала: Любит.
Даже если шлепает? Значит, он никогда не менялся по отношению к сыну, кроме как внешне. Это означает, что он пребывает в абсолютном покое — не меняется. Так же и Высший свет по отношению к нам. Однако в своих действиях относительно нас, чтобы привести нас к Цели, он все время меняется.
Видишь, от примера ты не можешь возвратиться к реальности. Почему? В чем проблема? В том, что здесь это трудно: мне постоянно нужно оправдывать Творца, соглашаясь с тем, что Он всегда поступает как должно?
Вопрос: Существует ли разрыв между исправлением сосуда и его наполнением?
Нет. Потому что ощущение исправления сосуда — и есть само наполнение. Я ставлю на кли экран, исправляю его. Как только я покрыл его экраном — в тот же момент я добыл отраженный свет. Отраженный свет, наполняющий сосуд — это, по сути, и есть наполнение. Что я раскрываю? Я раскрываю свойство отдачи Творца. Если я в своем исправлении достиг этой формы отдачи, то я подобен Творцу. Мне не нужно вдобавок к этому идти к Нему, или заключать Его в объятия, или ждать, чтобы Он пришел ко мне и наполнил меня. Я уже наполнен. Чем? Своим исправлением.
Я измеряю, ощущаю не что иное, как свое исправление. Точно так же, любой прибор, которым мы пользуемся, измеряет собственные параметры относительно внешних. Это то же самое. Скажем, я хочу измерить давление с помощью прогибающейся мембраны. Как мне это делать? Как мне измерить эту внешнюю силу? Я применяю силу противодействия и возвращаю мембрану в первоначальное положение. Эту примененную мною силу я и измеряю. Если я вернул мембрану в первоначальное положение — я измеряю задействованную для этого силу и благодаря этому знаю, какая сила действует снаружи.
Таким образом, я никогда не знаю, что там снаружи — я измеряю противодействие, компенсацию, восполнение изнутри.
В точности то же самое происходит и с моими высшими духовными свойствами. У меня есть экран, и нечто приходит к нему свыше. Откуда мне знать, что это такое? Я образовываю отраженный свет, возвращаю себя в состояние, когда я ничего не получаю, когда весь я в отдаче — и тогда проверяю. Согласно этому сопоставлению, тем самым я и наполняюсь. То, что я сделал, исправление, которого я достиг — это, по сути, и называется для меня наполнением. Что такое наполнение? Экран и отраженный свет. Таково наполнение для Малхут; и у нее нет никакого иного наполнения.
Вопрос: Значит, свет Хохма, который творение измеряет в сосуде, приходит в соответствии с имеющимся в нем светом Хасадим?
Вообще: существует ли свет Хохма, существует ли свет Хасадим — откуда мне знать, что там снаружи? Я всегда проверяю и ощущаю то, что имеется у меня внутри. А что есть у меня внутри? То, что я сам сделал, добыл, выстроил. Ничего снаружи я не получаю. Ничего. Я не хочу получать от Творца, и, по правде говоря, я и не могу получать. Никогда.
Вопрос: Тогда как я знаю, что уподобляюсь Ему?
Только согласно ощущению стыда. Ощущение стыда — это мой сенсор. Если я прихожу к состоянию, в котором не стыжусь — замечательно, расчет окончен. Мое — это мое, Твое — это Твое.
1.19 Книга Зоар
глава «Цав», пп. 113-114 (Ночь Ошана Раба)
113. «Приди и смотри» (бо ве рэ) — эти 7 звуков, являющихся ХАГАТ НЕХИ, зависят от речений уст во все дни года. А сейчас в 7 дней Суккота есть зависимость только от деяний, и мы должны действовать, а не говорить, потому что этим временем, 7-ю днями Суккота благословляется на удачу весь остальной год.
Объяснение: заповеди, связанные с речью, продолжают внутреннюю часть, что является тайной Хасадим, но не протягивают свечение Хохма из левой линии, представляющей собой внешнюю часть.
Различие между внешней и внутренней частью — лишь в авиюте, в сосудах, которые используются.
А заповеди, зависящие от выполнения действий, продолжают внешнее, то есть протягивают свечение Хохма из левой линии, что является мохин дэ-ВАК внешней части. А в семь дней Суккота мы должны исправить внешнюю часть, что является тайной продoлжения Хохма с левой стороны. И поэтому нам необходимы заповеди, связанные с действием, способные пробудить это. И это то, о чем написано: «Текущий год зависит только от деяний, и потому нам нужны дела», для того чтобы продолжить исправление внешней части, что является тайной свечения Хохма с левой стороны, «а не слова», так как речения продолжают только внутреннее, являющееся тайной Хасадим. А их мы протягиваем все дни года.
И это то, о чем написано: «Семь звуков зависят от речений уст в остальные дни года», и не нуждаются в действиях. А потому что «поскольку такое время», в семь дней Суккота благословляется весь год, так как после того, как протянули свечение Хохма с левой стороны в семь дней Суккота для ХАГАТ НЕХИМ, этого достаточно для всех дней года. Так как Хасадим, которые мы протягиваем за счет заповедей, связанных с речами, во все дни года, благословляются свечением Хохма из семи дней Суккота, и из-за этого становятся «открытыми Хасадим» (хасадим мегулим) и нет больше необходимости в заповедях, связанных с действиями, а нужно только все остальное.