Йорданка поджала губы и осмотрелась.
— Я пока что в другом городе на съёмках, но не волнуйтесь, мне осталось ещё полчаса, и потом я возвращаюсь в Лондон.
— Где вы сейчас?
— В Брайтоне.
— Ну... да, это не так далеко. Тогда как мы поступим?
— Мы договорились на шесть? Подъезжайте к офису солиситора в это время, а я на доберусь туда такси. Постараюсь без опозданий. Если по пути что-то случится, то я вас предупрежу.
— Меня это устраивает. — Йорданка слышала по голосу, что он действительно рад. — Буду ждать нашей встречи. Успехов на работе.
— Это взаимно, доктор Мактаггарт.
Остаток дня она проработала с энтузиазмом: улыбалась, флиртовала с камерой, придумывала новые позы для фотографий и предлагала смелые решения. С этой фотосессией зимней обуви она справилась хорошо и не была зажата перед камерой.
Синтия похвалила Йорданку, заказала такси и отдала то, что та не доела на обед. Предвкушение от встречи с доктором Мактаггартом захватило её настолько, что она не притронулась к еде и коктейлю, которые остались со съёмок. Тот час, что она ехала в Лондон, был очень сладким и томительным. Йорданка представила себе, как поступит в университет, как получит учёную степень, как разработает для доктора Мактаггарта прорывной инженерный проект, получит признание и, возможно, её имя даже внесут в историю археологии.
Думая об Антуане Мактаггарте, Йорданка словила себя на мысли, что ждёт не только его деньги, но и встречи с ним самим, с теми воодушевлением и уверенностью, которые окутывают воздух вокруг него. В Пловдиве ей не доводилось общаться с кем-то подобным, да и просто взрослым. Почему-то все взрослые, казались детьми в телах женщин и мужчин, а не реальными женщинами и мужчинами, которые вели бы себя так, как ведут люди, прожившие полжизни.
Йорданка не хочет говорить плохо о родителях, но они всё же инфантильны. Она всегда жаждала поговорить с кем-то взрослым, умным, кем-то, кто знал в разы больше неё, но таковых не оказывалось рядом. А сейчас, встретив этого мужчину, хотелось неприлично много с ним говорить и видеться. Йорданке казалось, что он знает невероятно много для своих лет и может быть интересным собеседником. Она виделась с ним лишь дважды и каждый раз, когда она расставаться с ним, то испытывала невыносимые тяжесть и тоску. Йорданке хватило двух встреч, чтобы понять, что нашла кого-то, кто понимал бы её стремления и желания. Стыдно в таком признаваться, но это её настоящие чувства. Она не хотела скрывать их хотя бы для себя.
Йорданка приехала за десять минут до назначенного времени и заметила на парковке чёрный Range Rover Velar. Номера она в прошлый раз не посмотрела, но машина запомнилась очень хорошо. В голове вспылили воспоминания о прохладной обивке салона, запахе новой кожи и дерева с апельсином. Мактаггарт пах апельсином. Общение с ним казалось сладким и упоительным, но слишком много его не вкусишь: тело покрывается мурашками от кислинки, которая с одной стороны не давала насытиться им ещё больше, а с другой — возбуждала и подначивала вкусить ещё больше сока. С этими мыслями Йорданка и столкнулась с ним лицом к лицу.
Антуан ждал её на первом этаже в фойе, читая что-то в телефоне. Заметив Йорданку, он убрал его и поправил воротник пиджака. Что-то в его взгляде изменилось: он опустил глаза, полуулыбнулся и медленным шагом потянулся к ней. Йорданка откинула назад волосы и остановилась на полпути, смотря на то, как он устало вздыхает, набирает в лёгкие воздух и собирается что-то сказать.
— Я вас утомила?
Мактаггарт поднял лицо и забыл, с чего хотел начать.
— Нет-нет, сегодня просто очень насыщенный день, не берите в голову. — Он пожал её руку, а затем вытянул правую ладонь вперёд, указывая на лестницу. — Пойдёмте.
В кабинете уже ждал солиситор: им оказалась женщина, что немного успокоило Йорданку. Миссис Уолпол, так она представилась, рассказала о том, что по инициативе доктора Мактаггарта они составят спонсорское соглашение об исследовательской работе и оплате обучения.
Согласно контракту, доктор Мактаггарт выступал в роли спонсора, а Йорданка — в роли студента. Антуан должен был оплатить первый год её обучения (то есть треть суммы авансом, а остальное — после успешного завершения первого года обучения). В обязанности Йорданки входила разработка чертежей и создание технического оборудования в рамках проекта Мактаггарта, а также соблюдение конфиденциальности. Права на интеллектуальную собственность принадлежали Йорданке, как и права на открытия, патенты и публикации. Также они обсудили условия, на которых соглашение будет расторгнуто: если Йорданка бросает учёбу или не справляется с проектом, то возмещает Мактаггарту убытки. Эта часть, конечно, была неприятной, но Йорданка убеждала себя, по доброй воле она уж точно не собирается уходить.