— Нет.
— Оно и видно. Ты в бёдрах каменная, нет лёгкости и работы корпусом. — Роско вздохнул и, сняв очки, посмотрел на Карэн.
Он подошёл к ней с разведёнными руками, а затем опустил их на плечи Эттли, которые медленно и успокаивающе погладил.
— Дорогая, — начал он, наклонив голову, — милая моя Карэн. — Его голос становился всё тише и тише с тем, что надо было сообщить неприятную новость. — Я обещал эту роль тебе, но, несмотря на то, что ты моя любимица, я вынужден сказать, что мы выбрали не тебя. Извини. — Он погладил её руку, которую держал в своих ладонях. — Ты не Афродита. Ты скорее Афина. Или вообще Астарта. Прости.
Роско поцеловал её пальцы. Карэн вытащила ладонь из его рук и вздохнула, посмотрев в сторону. Было видно, что она была обижена. Роско, казалось, это очень огорчило, отчего он не знал, какие сейчас подобрать слова для расстроенной женщины.
— Карэн, давай я провожу тебя и вызову такси? — неуверенно начал он, расхаживая вокруг неё и поглаживая стиснутый кулак, который прижимал к груди.
— Я не маленькая — разберусь. — Карэн взяла сумку и кожаную куртку, а затем откинула назад волосы и взглянула на Роско через плечо. — В следующий раз не давай обещания, которые не можешь выполнить. Я не люблю мужчин, которые кидают слова на ветер. — Эттли проводила его взглядом и посмотрела на остальных. — Всем пока, меня уже ждут.
— До встречи, Карэн, — попрощалась Шарлотта.
Эттли вышла. Йорданка поджала губы и посмотрела на тапочки, которые дала миссис Макмиллан вместо неудобных туфель. Ронни кинул взгляд на брата.
— Ну в чём-то она права.
— Иди ты, — огрызнулся Роско.
Ронни улыбнулся и посмотрел на Йорданку.
— Роско верно сказал: мы заметили, что проходке не хватает техничности, но твои образ и робкость нам понравились. Карэн слишком боевая и яркая — внимание перетягивается на неё, а не одежду, даже такую пёструю. А ты дополнила этот образ. Именно это нам нужно. Важны не только внешность и опыт модели, но и то, как она себя несёт.
— Спасибо. — Йорданка посмотрела вниз. — Я надеюсь, из-за меня у вас не будет проблем с Карэн.
— У меня точно нет. — Ронни скрестил руки на груди и посмотрел на брата. — А вот ему придётся немного напрячься, чтобы вернуть расположение своей музы.
— Завались, а? — Роско нахмурил брови.
Ронни поднял руки вверх, затем опустил их и посмотрел на Йорданку.
— Я хочу видеть тебя на нашем выпускном показе. Прими, пожалуйста, моё приглашение и не подведи нас.
[1] Солиситор — термин, который означает категорию адвокатов в Великобритании. Солиситоры также работают юрисконсультами в различных организациях, готовят документы и ведут дела на досудебных стадиях.
Глава 4. Мгновение, когда я была Афродитой. И следующее
Через три дня после подачи документов состоялся первый экзамен, а через четыре дня второй. Назвать это полноценными «экзаменами» вряд ли можно: сначала надо было написать на двадцать страниц план своего исследования и работы и договориться со своим супервизором[1] о том, чтобы он курировал работу в аспирантуре. В этом помог доктор Мактаггарт, так что за результаты творческого испытания Йорданка не переживала. Затем, когда задание приняли, её пригласили на устное собеседование, где задавали каверзные вопросы по исследовательскому предложению, проверяли глубину знаний в той технической области, в которой она решила работать, мотивацию учиться и уровень английского.
Благодаря помощи доктора Мактаггарта Йорданка переживала меньше. В собственных знаниях сомнений не было (ей хотелось показать британцам, что в Болгарии она получила хорошее образование), но Йорданка допускала, что могла сделать в каждом из экзаменов несколько ошибок. Но несмотря на это, возникла странная уверенность, что всё получится. И имя у этой уверенности — Антуан Мактаггарт. Человек, который хочет работать с ней в команде и готов своими опытным руками выковать из неё кадра высшей квалификации. А Йорданка готова ему всецело довериться.
Пока никого дома не было, она тренировалась дефилировать. В магнитофоне негромко играла музыка. Йорданка пыталась уверенно держаться на каблуках и не заваливаться от неустойчивой подошвы и скользкого паркета. Неделю назад, когда она выходила на пробное дефиле, то думала, что проблема неудачной проходки в костюме, который сковывал движения и весил семь килограмм, а теперь понимала, что и без него ходила плохо. Решимости быть Афродитой заметно поубавилось, но отказаться от роли нельзя.