Трент осмотрел замолчавших первашей и вздохнул.
— Я работаю тут не первый год и знаю, что всерьёз вы меня не воспримете, потому что тут регулярно кто-то калечится, но, я надеюсь, мой инструктаж, убережёт бОльшую часть из вас от травм.
Он кивнул вперёд. Перваши и Йорданка потянулись за ним нестройной колонной, шаги которой заглушал шум пневматических установок и мощных вентиляторов под потолком. Трент подвёл аспирантов к стенду для усталостых нагрузок и похлопал по нему ладонью, где на указательном пальце не хватало фаланги.
— Знаем что это?
Полгруппы закивало.
— Для тех, кто не знает: этот монстр даёт нагрузку в двадцать тонн. Примерно, как четыре взрослых африканских слона или сердце голубого кита. Вот сюда вы ставите то, что хотите протестировать, а вот сюда я положу макет кости. — Трент поднял его, чтобы все увидели. — Вы проверяете прототип. А ваша рука, например, осталась тут. — Он оставил кость на том месте, по которому постучал пальцем без фаланги.
Затем нажал что-то на установке. Шток с гулом съехал на сантиметр и плавно вернулся. Студенты отошли и сжались. Трент взял пыль и потёр между подушечками пальцев.
— Вашу руку уже ничего не спасёт. — Отряхнув ладони под перепуганные лица студентов, Трент ушёл от стенда. — Дальше — фрезерные и токарные станки, — сказал он громче и обернулся, смотря на группу студентов, словно ища кого-то среди них.
Йорданка подошла вперёд. Желудок потянуло, когда инженер указал на неё пальцем без фаланги.
— Вижу, ты единственная девочка. Волосы, шарфики, свободные рукава надо убирать. — Трент снял с запястья резинку и передал ей. — Завяжи волосы. Если попадут в станок, то их намотает на установку и вырвет с кожей.
Йорданка закивала и скрутила волосы в высокий пучок с петухами на затылке. Трент показал большой палец вверх и посмотрел на парней.
— Вас это тоже касается: не только девочки носят длинные волосы и свободную одежду. Цена ошибки — жизнь и здоровье. Вы несёте ответственность не только за себя, но и друг за друга, персонал, уборщиц. Запуская станок, помните о том, что теперь всё ваше внимание сосредоточено на нём.
Трент пошёл дальше, указывая ладонью на жёлтые разметки на полу.
— Я клеил их сам. За них заходить не надо. Если написано стоять тут. — Трент остановился за жёлтой разметкой. — То стоим тут. А не тут. — Он перешагнул разметку, и его бёдра и связка ключей упёрлись в станок. — Сейчас для вас это пара сантиметров, а в будущем будет разницей между жизнью и тем, что от неё в лучшем случае останется.
Йорданка на всякий случай отошла подальше от разметки. Трент показал остальное оборудование. В конце он постучал пальцем по большому стенду с правилами безопасности и отошёл.
— Сфоткать всем. На выходе из цеха каждый покажет снимки.
Йорданка сфотографировала полностью памятку, показала Тренту и была свободна. Она потянулась к пучку, чтобы снять резинку и вернуть ему, на что тот покачал головой и поднял ладонь.
— Оставь. Я каждый раз ношу новую, чтобы отдавать кому-то из студентов, которые сюда приходят. Будет напоминанием о том, что я сегодня рассказал.
— Хорошо, спасибо большое.
Трент сухо поблагодарил всех за внимание и постучал по двери, где висело расписание, ключом от цеха. Оказалось, попасть сюда можно не когда захочешь, поэтому если нужно воспользоваться оборудованием, то надо, чтобы внутри был или инженер по безопасности, или научный руководитель.
Когда их отпустили, Йорданка проверила телефон, который стоял на авиарежиме, и нашла сообщения от доктора Мактаггарта.
[Антуан Мактаггарт, археолог, университет]: Жду вас в 01:30 pm на первом этаже, при входе. Хочу кое-что обсудить.
[Антуан Мактаггарт, археолог, университет]: Надеюсь, вы будете свободны.
Петляя меж коридоров, Йорданка выискивала глазами тощего высокого мужчину со светлыми волосами. Мактаггарт всегда выбивался из толпы и, даже когда людей было много, найти его не составляло труда.
— Рад снова вас видеть. — Антуан улыбнулся, держа в одной руке картонную подставку с двумя стаканчиками, от которых шёл пар, а во второй, под мышкой — кожаный портфель.
Вытащив один из стаканчиков, он протянул его Йорданке.