Доктор Мактаггарт развернулся лицом к студентам.
— Представьте следующее: мы точно знаем координаты маленькой, хрупкой вещи на глубине двух метров. Идеальный инструмент позволил бы нам, — сказал Анутан и поднял один палец, — просверлить и аккуратно внедрить в грунт минимальный канал как иглу для биопсии. — Он поднял второй палец. — Опустить по этому каналу зонд-исследователь размером со спичку. — Затем третий. — Этот зонд должен маневрировать в непредсказуемой среде: обходить камни, не разрушая рыхлый культурный слой. — Антуан выпрямил четвёртый палец. — Он должен видеть в спектрах, недоступных глазу, определять плотность, твёрдость и проводить химический анализ на месте.
Антуан делает паузу. Он переводит взгляд из левого конца аудитории в правый, пока голос эхом расходится по лекторию.
— И, самое главное. — Доктор Мактаггарт поднимает пятый палец, показывая аудитории раскрытую ладонь. — Он должен быть стерильным и незагрязняющим, чтобы после его ухода мы могли продолжить традиционные раскопки, не испортив данные для генетиков.
Антуан отворачивается к экрану. Его плечи поникают, а голова опускается. Йорданка отрывается от записей, когда он замолкает. Она смотрит на его широкие угловатые плечи, жилистые руки и края рубашки, из-за которых, как ей показалось, выглядывала странная и неестественная тень.
— Такого инструмента не существует. — Его спокойный голос с хрипотцой прозвучал как выстрел из-за усилителей микрофона. — Но он наш Святой Грааль. Тот, кто создаст его, совершит для археологии революцию, сравнимую с изобретением радиоуглеродного датирования. Пока этого Грааля нет, мы учимся работать с тем, что есть, на пределе возможностей. И, может быть... — он обернулся, кинув взгляд из-за плеча на аудиторию.
В груди похолодело, шею и затылок закололо. Йорданка поняла, что из сотни человек он смотрит на неё.
— Среди вас есть тот, кто придёт из других наук и поможет нам этот Грааль создать. Будущее археологии не за острой лопатой, а за союзом лопаты, техники и инженерной мысли.
Йорданка не могла сконцентрироваться на том, что он говорил дальше. Было одновременно и страшно, и волнительно от того, какое он уделяет ей внимание и как смело делает это перед сотнями студентов. Ей не показалось, что он говорил про неё. Даже если он имел в виду кого-то другого, то смотрел именно на неё. Пугали не только его смелость и вызов, но и то, что она может не оправдать его ожиданий и разбить мечты целеустремлённого учёного.
Антуан закончил лекцию и выделил двадцать минут на обсуждение вопросов. Их у студентов оказалось много. Когда доктор Мактаггарт ответил на все, то разгорячённые магистры остыли.
— На следующей неделе мы проведём занятия группами в лаборатории археометрии. Будем учиться определять состав металла в крошечной и хрупкой бусине, не вынимая её из спрессованного грунта. Все методы бессильны — любая попытка извлечь её разрушит артефакт. Может, у кого-то из вас, особенно у гостей с технических факультетов, появятся гипотезы, как это сделать. — Доктор Мактаггарт улыбнулся, а затем засмеялся, смотря на замученных, но довольных студентов. — На этом всё.
Студенты похлопали. Антуан улыбнулся, приложил руку к сердцу, а затем отвёл её в сторону, демонстрируя признательность. Магистры постепенно расходились. Йорданка медленно убрала свои вещи. Спустившись вниз, она поспешила к Мактаггарту, который выключал технику. Студенты мощным потоком хлынули к дверям, отчего Йорданке пришлось подойти к Антуану чуть ближе, чтобы её не снесли.
Доктор Мактаггарт сделал глоток воды и, потерев шею, снял с себя микрофон и убрал в футляр. Когда лекторий почти опустел, Йорданка подошла ближе и заговорила тише:
— Почему вы не сказали, что вы преподаватель?
Антуан улыбнулся и собрал свои бумаги, постучав по ним руками.
— Во-первых, я не штатный преподаватель, а приглашённый профессор. Во-вторых, вы об этом не спрашивали. Я решил, что вам всё и так понятно.
Йорданка осмотрелась, чтобы убедиться, что никого не осталось. Она подошла ближе, чтобы не приходилось повышать голос.
— Что о нас подумают люди? Преподаватель платит за студентку, подвозит её домой, остаётся на занятия после пар и... — Йорданка приложила два пальца к своим глазам, затем к глазам Антуана, а потом снова к своим и повторила это несколько раз. — Эти переглядки.