— А я не удивлён: они нашли не только очаровательную, но и сильную девушку. Сейчас в моде не безупречная репутация, а сила и аутентичность.
На линии повисла тишина. Йорданка теребила крестик в виде круглой иконки на груди, думая над его словами, которые эхом повторялись в голове, отчего внутри растекалось щекотливое тепло.
— А... как дела с нашим проектом? Не дают ли модельные контракты забыть о нано-зондах?
Йорданка оживилась и начала перебирать записи на столе.
— Как раз сижу работаю над ними! У меня появилась идея насчёт биосовместимой полимерной оболочки, чтобы зонды со временем разлагались в почве и не оставляли следов. Но я застряла на схеме сенсоров давления…
— Хорошая мысль. Я вернусь через десять дней — к тому времени у меня будут образцы вулканического туфа и пепла с геотермального поля близ Рейкьявика. Местные энергетики столкнулись с коррозией датчиков, так что наши зонды могут стать для исландских исследователей прорывом.
Йорданка закусила губу.
— Ой, спасибо вам! Провести испытания с ними будет очень кстати: зонды должны быть адаптированы к любому типу почв.
— Согласен. — На той стороне снова послышались завывания, а затем шуршания, напоминающие звук болоньевой куртки. — Рад был с вами поговорить. Сейчас мне нужно возвращаться к работе. До связи, Йорданка.
— До связи. И… хорошего вам дня.
Йорданка вернулась в реальность, к книгам и чертежам, с которыми были проблемы. Она неделю думала над схемой сенсоров и никак не могла решить ошибки, которые возникли при проектировании. Йорданка минуту смотрела на схемы, разложенные на столе, и тёрла переносицу. Выкинуть эти чертежи и заново прикинуть модель сенсоров, чтобы не отвлекаться на ошибки? А если дело не в сенсорах, то...
— Мисс, это ваша чашка с чайным пакетиком?
Йорданка обернулась. У столика с электрочайником стоял парень, который посмотрел на неё из-за плеча и приподнял кружку.
— Ой, да, совсем забыла.
Йорданка хотела встать, но её остановили.
— Работайте. — Парень поднял ладонь. — Я могу заварить чай и вам, и себе. Я как раз хотел немного отвлечься от дел.
Незнакомец заварил две чашки и сел за другой конец стола. Йорданка поблагодарила его и отложила записи, решив отдохнуть.
— Где вы учитесь? — поинтересовался парень, смотря на чертежи.
Йорданка отпила чай и опустила кружку, грея об неё руки.
— В аспирантуре на инженера.
Брови незнакомца приподнялись, и он улыбнулся.
— Выходит, мы с вами коллеги.
Йорданка от удивления засмеялась.
— Как классно. — Она протянула ладонь. — Йорданка. Давай тогда на «ты».
Парень пожал её ладонь.
— Кэйн. Принимаю твоё предложение.
Йорданка отпила чай и убрала со стола книги. Кэйн посмотрел на чертежи и опустил кружку.
— Над чем работаешь сейчас?
Йорданка посмотрела на схемы и чуть закрыла их ладонью.
— Это один проект, который поручил разработать спонсор, но я немного запуталась... — Йорданка почесала бровь, прикрыв глаза. — Неделю думаю над сенсорами давления, но что-то не получается совсем...
Кэйн наклонил голову и качнул подбородком в сторону чертежей.
— Можно взглянуть?
Йорданка подняла ладонь, смотря на схемы. Вытащив один лист, она положила его на грудь, прижав к себе.
— Обещай, что это будет между нами. Я не могу этот проект кому-то показывать.
— Даю честное слово, что сохраню твою тайну.
Йорданка протянула чертёж. Кэйн принял его и стал изучать. Спустя полминуты он выпрямился и положил лист на стол.
— Проблема в импедансе, — сказал Кэйн и осмотрелся.
Йорданка нашла карандаш и протянула в раскрытую руку. Кэйн сделал несколько записей.
— Ты пытаешься сопрязить пьезоэлемент с чипом, который для него не предназначен.
— Как ты это понял?
— Я работаю над похожей темой в лаборатории наноматериалов этажом выше. — Он сделал пару отметок в схеме и постучал кончиком карандаша по чертежу. — Вот этот узел. Ты не учла, что тут должен стоять модифицированный чип, а не стандартный. Пьезоэлемент и чип, который ты используешь, несовместимы, поэтому ты и застряла.
Удивление Йорданки сменилось любопытством:
— Ты тоже занимаешься сенсорами для грунта и почвы?
Кэйн улыбнулся и вернул чертёж.
— Скорее распределёнными сетями датчиков для мониторинга структурной целостности. По сути, то же самое, что и у тебя, только для зданий, а не для земли.