Выбрать главу

Потянулись первые смельчаки, червонец летел к другим, преумножая гипнотическое позвякивание. Матвей краем глаза заметил, каким вдруг взволнованным стал Никита, который даже чуть привстал, а потом и вовсе помчался к ведущему, чтобы отдать и взнос, и душу, лишь бы принять участие в баттле.

— Он так любит петь? — непонимающе спросил Мот у Евы.

— Наверное, выловил свою сирену. Наконец-то! — хмыкнув, ответила она, тоже, как и Матвей, проследив за Никитой. — Нет, петь не умеет, старается, как обычный любитель. Да ты сейчас и сам всё услышишь. Приготовься, будет шоу!

Проговорив это, Ева села удобнее на диване, отодвинувшись вглубь и спиной коснувшись мягкого бархата обивки, и потянула за собой Мота, не выпускавшего её руку из своей.

На столе остывали напитки, пока ещё дымилась пицца, но все были поглощены действиями, разворачивающимися вокруг ведущего, который решил из-за большого числа желающих провести отсеивающий раунд. Нулевой.

— Как вас много! Становись в ряд, сейчас будете опознавать песню по первым нотам. Угадавшие, вступят в настоящий бой. — голосил мужчина, выстраивая конкурсантов так, чтобы и самому было удобно перемещаться от одного к другому, и зрителям видно, кто силён, а кто себя переоценил.

Матвей вглядывался в нестройную шеренгу, стараясь осмотреть всех одинаково, никого не приметив, не выделив. Но глаз упал на хрупкую девчонку, она стояла с краю, ничем не приметная, кроме своего роста, незнакомка держалась уверенно, Мот понял, что у судьбы всё-таки свои игры в совпадения, и Никита, пробирающийся к девушке, чтобы встать с ней рядом, ждал именно её.

— Куда торопишься? Игра уже начинается, — затормозил его ведущий, привлекая внимание и незнакомки, которая чуть повернула голову, в её взгляде отразилось понимание и удивление одновременно.

А смущённый Насонов остановился через одного человека от неё, не переставая поглядывать и продумывать, как же поменяться местами с долговязой девушкой в лёгком винтажном платье, что разделила его воздушную реальность пополам.

Незнакомка не смутилась, отвернулась, потеряв интерес к чужим шевелениям. Матвей подумал, что её не так-то просто взбудоражить, она и в клуб пришла в школьной одежде, ничуть не заботясь, что подумают о ней организаторы, посетители. Белая блузка, аккуратно заправленная в чёрную юбку, волосы, собранные в высокий хвост, полусапожки с ярко-красными шнурками — всё напоминало прилежную школьницу, а не покорительницу караоке.

— Слушаем внимательно, вспоминаем и сразу сигнализируем мне, если уверены. Кто поднимет руку первым, но ошибётся, назвав не ту песню, выбывает! Да-да, он такой жестокий, нулевой раунд! — прогремел ведущий, возвращая себе бразды правления и включая первую мелодию.

Вверх взмыла рука соседки. Матвей, не сводящий с неё заинтересованного взгляда, видел всё: как прикрытые глаза вдруг распахнулись, как к потолку потянулась рука и вытянулась сама девушка, угадавшая песню.

— Вот это заявка! С одной ноты! — одобрительно покачал головой ведущий, призывая зрителей пошуметь и поздравить первую победительницу, пока сам подносил к ней микрофон: — Как тебя зовут?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Динара, — намеренно приправленной взрослостью, ответила девушка, ничуть не смутившись, хотя на неё сейчас был направлен свет прожекторов.

Отошла в тень и вернулась к своему креслу, зная, что отбор прошла и теперь можно расслабиться, понаблюдать за потенциальными соперниками.

— Она похожа на школьницу… — озабоченно прошептала Ева, чуть припав в уху Матвея.

— Она и есть школьница, — зная правду, поделился Мот, удивив свою девушку, которая только теперь догадалась, на кого всё это время он смотрел.

Ревность вновь царапнула сердце неприрученной кошкой. Никогда Матвей не позволял усомниться в его преданности, верности, да и теперь не было поводов для беспокойства, но Еве, распалённой своими мыслями, почудилась опасность. Угроза.

«Всё ясно ревности — а доказательств нет!»

— А ты откуда знаешь? — влив в голос всю беспечность, на какую была способна, спросила она.

— Она живёт в моём подъезде, пару раз виделись. — не зная, не чувствуя, как напряглась девушка, ответил Мот правдой, которая всегда лучше, чем ложь.