Но осознав свой промах, она встревожилась.
— Ах, да... не стоило так им восхищаться...
Из-за этого комментария, можно было подумать, что она — поклонница Эмбрио. Не то, о чём стоило так восхищённо говорить в присутствии своего господина. Ёнг-Хо отмахнулся:
— Отлично. Это лучше, чем недооценить его, а потом отхватить.
Если то, что говорила Офелия, правда, он определённо силён. Хоть и всего лишь раз, но Ёнг-Хо сражался в подземелье. У обороняющейся стороны — огромное преимущество. Но Эмбрио смог уничтожить тех четверых даже без видимых преимуществ. Это военная стратегия, которую нельзя недооценивать, и его силу тоже нельзя недооценивать.
Офелия почувствовала облегчение и даже радость от реакции Ёнг-Хо. Её новый хозяин не был незрелым, эмоциональным существом. Ну, в конце концов, он — Король Алчности. Она была уверена, что положение короля очень хорошо ему подходит.
Офелия воодушевилась ещё больше и продолжила свои объяснения, показывая на карте:
— Не будет преувеличением сказать, что над пустым регионом пронёсся тайфун, в центре которого Эмбрио. Даже те владельцы, чьи подземелья далеко от области Эмбрио, встревожены, это заставляет их собираться в группы и атаковать его.
Офелия показала на карте несколько точек. Эмбрио спровоцировал некоторых владельцев начать битвы за подземелья. Нападение Фораса на Дом Маммон было частью этого.
— Пустой южный регион не всегда был мирным. За последние тысячу лет такое случалось несколько раз.
Офелия подняла голову и посмотрела на Ёнг-Хо. Он понимал, что она пытается добиться чего-то, делясь информацией. Так что она хотела сказать?
— О чём ты думаешь?
Офелия собралась с мыслями и ответила:
— Я никогда его не видела, только изучила полученную информацию, но... Я верю, что на этот раз всё по-другому.
Она говорила то, что чувствовала. До сегодняшнего утра Офелия думала, что Эмбрио станет тем, кто объединит пустые регионы через тысячу лет. Но не сейчас. При этой мысли у неё на лице расцвела радостная улыбка.
— Я поняла, что Эмбрио только готовит почву. Я о приготовлениях к объединению южных пустых регионов и о вас, Король Алчности, который этого добьётся.
Офелия была в восторге, её голос наполняла энергия.
— Если Король Алчности восстанет сейчас, главы подземелий в пустом южном регионе сами склонятся перед ним. Эмбрио — недостойный противник. Пустой южный регион снова будет под контролем Дома Маммон, спустя тысячу лет, и это будет эра его величайшего величия!
Она умолкла, казалось, в её глазах улыбаются Алчность и Аамон.
Слушатели реагировали по-разному. Каталина не понимала, соглашаться ей или нет. Рикум смотрел на Офелию, гадая, она нарывается на комплимент или сошла с ума. Череп сидел с широко раскрытым ртом.
Ёнг-Хо увидел сияющие глаза Офелии и повернул голову.
У него была одна мысль. Он понимал, почему Офелия так заблуждается.
Он прочистил горло и посмотрел на Рикума, понизил голос и мягко сказал:
— Рикум. Прости, но не мог бы ты на время спуститься вниз?
Ёнг-Хо вежливо приказал ему уйти, и Рикум не удивился.
— Понимаю. Благодарю за заботу, сэр. Не стоит беспокоиться.
Рикум не был духом Дома Маммон, как Каталина или Череп. Между Ёнг-Хо и Рикумом никогда не было такой ментальной связи, как с Офелией. И он не владел информацией. Поскольку с момента его регистрации прошло не так много времени, он понимал, почему Ёнг-Хо просит его уйти, разговор — действительно важный.
Когда Ёнг-Хо кивнул, Рикум посмотрел на Офелию. Она не стала тянуть и сказала то, что должна была сказать:
— Когда выйдешь, Гарпия проводит тебя туда, где ты сможешь отдохнуть.
— Тогда скоро увидимся.
Рикум вышел с вежливым поклоном.
Если Рикума отослали, значит то, о чём они собираются говорить, действительно важно. На её лице мелькнуло беспокойство. Каталина тоже сглотнула.
Пусть всего на миг, но Ёнг-Хо и Офелия невольно поделились чувствами друг с другом. Он не был уверен, сколько информации поступило за это время, но выражение её лица ему не очень понравилось.
Сколько он собирается сказать Офелии? Ёнг-Хо принял решение быстро. Он мог определиться, после того, как поймёт, сколько уже известно Офелии, и что с этого момента и далее она должна сделать для Дома Маммон.
— Офелия.
— Да, Король Алчности.
Серьёзно ответила Офелия. Ёнг-Хо вытащил Аамон, висевший у него на поясе, как меч, и положил его на стеклянный столик.
— Это Аамон.
Стало немного тихо. Каталина снова сглотнула и посмотрела на Офелию, а та смотрела на Аамон с пустым выражением. Перед ней было бесформенное острие около метра длиной, и она изо всех сил старалась осознать, насколько оно уникально, а потом осторожно заговорила: