Ёнг-Хо просто смотрел. Он был зачарован. Перед его внутренним взором возникали разные фигуры. Память огня. Огонь сжигал себя изнутри и отражал всё, что было в этом мире. Он видел людей. Не одного, многих.
Фигура с гигантским серпом в руках командовала на поле боя. У фигуры была голова дикого козла с одним рогом. Тело покрывал чёрный мех.
Женщина, с закрытыми маской глазами, шла сквозь огонь. У этой женщины были красивые золотые волосы, а всё её тело было красным. Тонкий меч у пояса изображал лунный серп.
Множество фигур, словно видение, проходило перед его внутренним взором. Двойняшки, что смотрели друг на друга. Воин-варвар, одетый в львиную шкуру. Кентавр целился стрелой прямо в солнце. Быкоподобный мужчина, покрытый кровью врагов, грозно рычал. Черноволосая женщина со спокойным лицом держала бутылку воды.
После них было ещё много. Он видел женщин и мужчин, а иногда — даже безобразных монстров. Наконец Ёнг-Хо понял. Он встревожился.
"Дух Маммона."
Двенадцать духов Короля Алчности. Великие духи, что правили миром демонов вместе с Королём Алчности.
Видения исчезли. И Ёнг-Хо разглядел спину воина с копьём. Воин поднимался по лестнице. Ветер развевал его плащ.
Синее небо. А не разноцветное небо мира демонов. Мужчина карабкался по ступеням. В конце стоял огромный трон, сделанный из камня.
Мужчина не оглядывался. У него за спиной, один за другим, появлялись духи Маммона. Все они шли за ним вверх по ступеням.
Имя этого мужчины... Духи исчезли. Всё обернулось пламенем и улетело.
Огромный глаз смотрел на Ёнг-Хо.
Мой юный хозяин.
Глаз был не таким, как при первой встрече. Ёнг-Хо не задрожал в страхе. Ёнг-Хо смотрел на Аамон как хозяин.
— Это был ты, — просто сказал он.
Ёнг-Хо имел в виду мужчину, поднимавшегося по лестнице. Мужчину, который вращал копьё, объятый пламенем. Хотя он не был слишком огромным, он казался гигантом.
Ёнг-Хо почувствовал, что Аамон улыбается. Хотя Аамон был немногословен, на это раз Ёнг-Хо его понял.
Это Аамон до того, как он превратился в копьё. Тогда его звали Богом Копья. Это память демона, правившего этим миром очень, очень давно.
Аамон научил Маммона владению копьём. Память огня вспыхнула ненадолго, но она подействовала на него. Ёнг-Хо хорошо понимал то, что нельзя было выразить словами.
Юный хозяин.
Он только научился ходить. Как Король Алчности, он не может подняться по той крутой лестнице к высокому трону. Но только пока...
Если у тебя есть воля двигаться вперёд, я тебя поддержу.
Ёнг-Хо ответил мысленно, не вслух. И почувствовал, что Аамон снова улыбается. Пламя заслонило всё, и видение исчезло.
Ёнг-Хо открыл глаза. Все тревожно смотрели на него, и когда он очнулся, казалось, были потрясены.
— Хозяин?
— Вы в порядке?
— Вы в порядке? Вы — не ранены, нет?
Они все беспокоились, поэтому спрашивали о его самочувствии.
Ёнг-Хо моргнул. Юноша заметил, что Каталина чуть не плачет. А потом увидел встревоженных Элигора и Офелию, которые облегчённо вздохнули. Люсия тоже вздохнула с облегчением.
— Прошло больше двух часов, как вы связались с Аамоном.
— Все, правда, беспокоились. Мы беспокоились.
Юноша думал, что прошёл всего миг, но прошло много времени. Ёнг-Хо осознал, что весь покрыт холодным потом. Возможно, эти два часа он стонал. Теперь Ёнг-Хо понимал, почему ушки Каталины так поникли, и почему она так встревожено, с испугом смотрела на него.
"Но..."
Оно того стоило. Приободрив всех мягкой улыбкой, Ёнг-Хо встал, крепко сжимая в руке Аамон. Сделав знак Каталине и Элигору отойти назад и освободить место, юноша поднял Аамон. Вспыхнул огонь. Красное пламя окутало весь Аамон, а потом исчезло, подняв ветер.
— Ох! — воскликнула Каталина. Элигор и Офелия не могли скрыть улыбок.
Форма Аамона изменилась. Метровый металлический жезл вырос в длину до двух метров и принял форму копья. Совсем как раньше, у него не было какой-то особой формы, и выглядело оно как скучная красная палка. Но нельзя судить лишь по внешнему виду. Все, кто смотрел на него, могли чувствовать силу Аамона.
Ёнг-Хо взял Аамон обеими руками. Он был другим, совсем не таким, как раньше. Юноша чувствовал единение с Аамоном.
Снова вспыхнул огонь, и Аамон превратился в красный браслет, который обвился вокруг руки Ёнг-Хо, словно живой. Уши и хвост Каталины трепетали. В глазах у Элигора стояли слёзы, а Офелия повторяла имя своего отца, как заклинание.
"Духи Маммона."
По ступеням поднимался Король Алчности. А его двенадцать духов шли за ним. Ёнг-Хо увидел, как он сам поднимается по лестнице. И его верные духи тоже шли за ним.