Клан – семья кровных родственников, носящих одну фамилию. Особо крупные, прославленные и богатые кланы становились основой, ядром ордена. Названием клана являлась фамилия его основателя.
В голове у девушки пронеслось: "Отец, я сумела отыскать Повелителя Демонов в этой временной эпохе".
Сейчас расстановка сил была другой, нежели тысячу лет спустя. Чжао Юань Чжоу был не сильнейшим демоном, а всего лишь жалким принцем-заложником, которого легко можно было убить. Цзян Сюэ Нин собиралась немедленно исполнить своё предназначение и стать спасительницей Трёх Миров.
В одно мгновение божественная дева вспомнила сотни способов бессмертных, как уничтожить демона. Эта идея так захватила её, что почти бессознательно она сжала пальцы в заклинании убийства.
☾ Глава 5
Весенний вечер
Деревья и травы знают, что скоро весна вернётся.
Друг друга перебивают тысяч цветов ароматы.
Вяз и тополь высокий талантом цвести небогаты:
Крыльчатки и пух летают, заполнив всё небо, точно снег…
Хань Юй
Ничего не произошло…
После тщетных попыток уничтожить будущего Повелителя Демонов, Цзян Сюэ Нин опустила руки, прекратив пытаться. Осознание того, что она теперь тоже всего лишь человек, обрушилось на девушку крайне неожиданно. Цзян Сюэ Нин заметила, что больше не ощущала знакомое присутствие духовной энергии, которая некогда приятным теплом разливалась по её телу, а порой даже обжигала. В этом слабом человеческом теле Цзян Сюэ Нин была словно феникс без крыльев, что не лучше курицы, тигр на равнине, которого и собака обидит, водяной дракон на мелководье – креветкам на посмешище. Божественная дева стиснула ладони в кулаки от досады.
На Чжао Юань Чжоу обрушился порыв ледяного ветра, и он согнулся пополам. Цзян Сюэ Нин сделала шаг вперёд, желая поближе взглянуть на его страдания, как вдруг резко остановилась, так что семенившая за ней служанка чуть не врезалась в свою госпожу. Божественная дева схватилась за голову, и воспоминания истинной хозяйки тела замелькали перед глазами.
Чжао Юань Чжоу был ненавистным сыном правителя Империи Ле, а позже стал заложником победившего в войне государства Гу. Более неподходящего мужа для любимой дочери Министра Обороны и представить невозможно, но против приказа Императора никто из семьи Цзян не посмел пойти. Даже слуги презирали Чжао Юань Чжоу за его унизительный статус, что уж говорить о невесте. Цзян Сюэ Нин не просто не испытывала тёплых чувств по отношению к будущему супругу, но и всячески издевалась над ним, срывая свой гнев.
Обрывки воспоминаний вдруг угасли, и божественная дева вновь могла чётко видеть происходящее. Деревья вокруг озера скрипели под порывами ветра, а их ветви гнулись под тяжестью снега. Чжао Юань Чжоу закашлялся – ледяная позёмка осколками впилась в его лицо и проникла с дыханием в лёгкие. Чёрные волосы принца подёрнулись инеем. От твёрдого льда колени Чжао Юань Чжоу ломило, и он почти перестал их чувствовать. С побледневших губ сорвался стон, принц-заложник пошатнулся, но не упал. Его лицо, такое юное и кажущееся беспомощным, отразилось в замёрзшей глади озера, как в зеркале.
Почувствовав на себе чей-то взгляд, Чжао Юань Чжоу поднял глаза и заметил стоящую в паре шагов от него Цзян Сюэ Нин. Барышня куталась в белоснежный плащ, склонив голову, и внимательно разглядывала принца-заложника. Мужчина и женщина смотрели друг на друга, не отрываясь, как вдруг уголки губ Цзян Сюэ Нин дрогнули. Никогда прежде Чжао Юань Чжоу не видел такой искренней улыбки на её лице. Что же так обрадовало благородную госпожу? Может, барышню восхитило великолепие зимнего пейзажа, или причина ее хорошего настроения заключалась в мучениях принца-заложника? Чжао Юань Чжоу разумно счёл, что второе.
И действительно, праведная дева не смогла устоять против тихой радости, охватившей её душу. Пусть даже Цзян Сюэ Нин и не удалось убить принца-заложника, она могла созерцать его муки. Так ему и надо! В будущем Чжао Юань Чжоу знали под другим именем, он был внушающим ужас Владыкой Демонов. К счастью, сейчас это исчадие Преисподней было всего лишь беспомощным и всеми угнетаемым принцем-заложником.