– Госпожа, принц-заложник стоит коленопреклонным на льду уже двое суток. Боюсь, больше он не выдержит, – взволнованно пробормотала Сяо Ши, которая была больше не в силах выносить столь жалкое зрелище. – Может, вы разрешите ему пойти внутрь поместья?
Цзян Сюэ Нин отрицательно покачала головой, глядя прямо перед собой. Жаль, что картину страданий Повелителя Демонов не увидят её погибшие родственники и товарищи.
– Очевидно же, что он очень выносливый. Пожалуй, я даже продлю его наказание до пяти дней и ночей.
Служанка ужаснулась от услышанного. Неужели благородная госпожа на самом деле так думала? Сяо Ши перевела взгляд на лицо барышни и поняла, что Цзян Сюэ Нин была совершенно серьёзна. Божественная дева погладила наивную служанку по голове, думая при этом:
«Сяо Ши просто не понимает. Родись она позже, одно лишь имя этого чудовища повергало бы её в ужас. Пусть я и лишилась своей силы, если Чжао Юань Чжоу постоит на холоде ещё немного, то его непременно хватит паралич! Посмотрим тогда, как эта злобная тварь будет страдать!»
Цзян Сюэ Нин бросила на Чжао Юань Чжоу жесткий взгляд, затем молча развернулась и ушла. Принц-заложник смотрел супруге вслед, пока её фигура не скрылась из виду.
Божественная дева собиралась отправиться в свою комнату, однако по пути ей встретилась взволновання служанка, которая сообщила, что барышню ожидает старшая госпожа.
Как только Цзян Сюэ Нин вошла в покои матушки Министра Обороны, ей в нос ударил запах сандала и ладана. Старушка неистово верила в небожителей, потому просыпалась с восходом солнца и возносила им молитвы.
Старшая госпожа сидела на стуле за столом и была увлечена вязанием. Скрипнула половица, старушка неспешно обернулась и заметила Цзян Сюэ Нин. Испещрённое морщинами лицо матушки Министра Обороны расплылось в улыбке.
– Девочка моя, подойди ко мне, – ласково попросила старшая госпожа. – Как ты себя чувствуешь? Тебе уже лучше?
Цзян Сюэ Нин послушно подошла к старушке и села рядом с ней на соседний стул. Благодаря некоторым уцелевшим воспоминаниям, божественной деве удалось узнать, что барышня очень любила старшую госпожу. Цзян Сюэ Нин решила, что она тоже будет с ней ласковой и доброжелательной. Так никто не заподозрит ничего странного.
– Спасибо, бабушка, мне гораздо лучше. Не беспокойтесь обо мне.
– Я рада, что ты в порядке, – старушка нежно похлопала по плечу Цзян Сюэ Нин и покачала головой. – Я уже стара, поэтому скоро покину этот мир. Только о тебе и волнуюсь, моя девочка.
– Бабушка, не говорите так! – воспротивилась Цзян Сюэ Нин. – Вы в добром здравии, ещё и меня переживёте!
– Сюэ Нин, вот язык без костей, ерунду несёшь! – старушка сделал вид, будто рассердилась, но глаза ее смеялись.
Главная жена Министра Обороны умерла при родах, и поскольку он больше не женился, а лишь обзавёлся наложницами, то его мать взяла на себя хлопоты вырастить Цзян Сюэ Нин. Старушка души не чаяла в девочке, всячески её баловала и потакала прихотям. Отец тоже обожал свою дочь, поэтому Цзян Сюэ Нин ни в чём не знала отказа. Девочка выросла испорченной и с совершенно невыносимым нравом. Избалованная родственниками, Цзян Сюэ Нин умела ублажать старших, но была властной и жестокой по отношению к младшей сестре, жениху и прислуге.
Старшая госпожа вдруг решила сменить тему. Она недовольно поджала губы и сказала:
– Что касается случившегося во время поездки в храм, я велела слугам молчать. Мы с тобой тоже не будем это обсуждать. Честь девушки из благородной семьи не должна быть запятнана.
Цзян Сюэ Нин согласна закивала:
– Как скажете, бабушка.
Старушка продолжила:
– И ты должна быть снисходительнее к своему мужу. Нехорошо, если в сердце супруга накопится злоба к жене.
Цзян Сюэ Нин вспомнила мужчину на льду озера. Как могла она жалеть и утешать Повелителя Демонов? Но бабушке об этом барышня, конечно, ничего не сказала. Напротив, ответила кротким голоском:
– Я поняла, бабушка.
Старушка недоверчиво покачала головой.
– Бабушка, тебе что-нибудь сообщили о моей служанке? – вспомнила Цзян Сюэ Нин бросившую её в лесу служанку. – Удалось найти её?
В глазах старшей госпожи промелькнули печаль и сожаление. Она тихонько вздохнула и, не решаясь огорчить дорогую внучку страшной правдой, старушка улыбнулась и ответила, как ни в чём не бывало:
– Да, твоя служанка жива и здорова. Но она больше не будет прислуживать тебе.