– Почему?
– Она уже давно вошла в брачный возраст, так что я велела найти ей хорошего мужа. С моим поручением быстро справились. Когда ты очнулась, служанка уже уехала.
Цзян Сюэ Нин, услышав эту весть, вздохнула с облегчением. Пусть служанка оказалась трусливой и даже бросила её в лесу, но она не заслуживала ужасной смерти. Повезло, что девушка благополучно спаслась.
– Как славно!
Тем временем старшая госпожа недовольно поджала губы, а затем сказала:
– Сюэ Нин, я до сих пор ничего не сказала тебе о недавнем инциденте. Из-за тебя в ледяной воде оказалась не только твоя младшая сестра, но и четвёртый принц Гу Цзю Си. Он простудился и заболел. Я знаю, что ты была влюблена в четвёртого принца. Но он заинтересован в Жуань, а у тебя уже есть муж. Послушай свою бабушку, держись от четвёртого принца подальше!
Цзян Сюэ Нин нахмурилась. Как она и полагала, у барышни был скверный характер. Мало того, что вторая госпожа преследовала четвёртого принца, она даже навредила своей сестре из-за ревности. Судя по тому, что спасать Цзян Жуань вместе с четвёртым принцем бросился и жених Цзян Сюэ Нин – Чжао Юань Чжоу, он, похоже, тоже был влюблён в третью госпожу. До чего же запутанные отношения!
Старушка увидела, как её внучка поникла и замолчала, и, думая, что она совсем не слушала её, досадливо промолвила:
– Сюэ Нин, я не так тебя воспитывала! Тебе следует ответить своей бабушке.
Барышня подняла голову и тепло улыбнулась, а на ее щёчках появились очаровательные ямочки.
– Слушаюсь, бабушка! Я буду держаться подальше от четвёртого принца.
Вопреки ожиданиям старшей госпожи, внучка слишком легко пообещала оставить в покое объект своего обожания. У старушки даже закралось подозрение в искренности слов Цзян Сюэ Нин. Если внучке так нравился четвёртый принц, то она не может так просто пообещать забыть о нём.
– И ты не будешь противиться своей бабушке?
– Конечно же нет! – воскликнула Цзян Сюэ Нин.
– Тогда докажи, что слушаешься меня, – потребовала бабушка.
– Как мне это сделать?
– Вместо того чтобы преследовать мужчину своей сестры, обрати внимание на собственного супруга. Будь добрее к нему.
– Добрее? – вторая госпожа часто захлопала длинными ресницами. Старушка была уверена, что Цзян Сюэ Нин способна на столь светлые чувства. Кажется, старшая госпожа и вправду обожала внучку, которая прославилась своей жестокостью.
– Сюэ Нин, я слышала, что ты приказала Чжао Юань Чжоу стоять на коленях на льду в такой холод. Слухи о жестоком отношении к мужу плохо отразятся на твоей репутации. Положение заложника и так незавидное, а если ты замучаешь его до смерти, что скажут люди? Живите дружно, так будет правильно.
Старшая госпожа пристально посмотрела на внучку, которой пришлось кивнуть и со вздохом согласиться:
– Да, бабушка.
Едва вторая молодая госпожа покинула покои бабушки, к ней торопливо подошла её служанка Сяо Ши.
– Госпожа, как всё прошло?
– Бабушка не сердилась на меня. Кроме того, она сообщила мне радостную весть. Со сбежавшей служанкой все хорошо, она жива и здорова.
– Какое счастье, госпожа! – воскликнула Сяо Ши, всплеснув руками.
И всё же кое-что показалось божественной деве странной. Несмотря на то, что у Цзян Сюэ Нин был скверный характер, она приходилась единственной дочерью главной жены Министра Обороны, но семья Цзян всё равно одобрила её брак с отбросом Чжао Юань Чжоу. Положение невесты всеми презираемого принца-заложника не прибавляло девушке чести. Гораздо лучше было бы, если в качестве партии для Чжао Юань Чжоу была выбрана Цзян Жуань, дочь наложницы. Как же ситуация сложилась столь странным образом?
Цзян Сюэ Нин принялась перебирать воспоминания настоящей хозяйки тела, которые всё ещё оставались запутанными и лишёнными точного хронологического порядка. Но кое-что божественной деве всё же удалось понять.
Ходили слухи, будто члены императорской семьи Ле презирали Чжао Юань Чжоу. Будучи ребёнком, он спал на псарне и ел из одной миске с собаками. От него вечно разило псиной, а лицо его было чумазым, к тому же невероятно уродливым из-за шрама. Когда Чжао Юань Чжоу стал старше, он был сослан в небольшой город на севере Империи Ле, где воспитывался в приёмной семье.
В возрасте двадцати лет принц был возвращен в столицу по случаю окончания войны между Империей Ле и Царством Гу. Словно трофей, как залог мира между государствами, он был передан Царству Гу. Будь у правителя Царства Гу незамужние дочери, одной из них пришлось бы стать женой Чжао Юань Чжоу, однако все принцессы уже состояли в браке.