Но услышав такие слова прямо из ее уст, Леннокс на мгновение оцепенел. Мысли оборвались, мир потускнел.
Неужели он настолько отравлен, что потерял связь с реальностью? Ведь подобное просто невозможно! Чистая, добрая, невинная Шарлотта… не могла сказать такое.
– Шарлотта?..
Но она продолжала вопить, не щадя его чувства:
– Говорят, ты лучший рыцарь империи, а справиться с такими тварями не способен?! Если ты не можешь защитить меня, то совершенно бесполезен! Еще одна малейшая царапина на моем теле – и я никогда тебя не прощу!
Будь эта реплика уловкой монстров, чтобы сломить его, они бы добились своего. У Леннокса в одно мгновение опустились руки, а шок был настолько сильным, что меч начал терять ауру.
– Шарло…
В этот миг десятки чудовищ, заметив открывшуюся брешь, ринулись на него. Но Леннокс этого не видел и продолжал звать Шарлотту.
Ощутив яростный, почти режущий холодом убийственный импульс, он запоздало оглянулся. Восемь глаз уставились на него почти вплотную, а пасть распахнулась в опасной близости от того, чтобы проглотить его целиком.
Леннокс рефлекторно развернул меч вниз, пытаясь ударить по челюсти.
Поздно. Даже если бы он успел на долю секунды раньше, слабая, рассеянная аура меча все равно не смогла бы пробить панцирь. Он бы не оставил даже царапины.
Это конец.
Он потерял контроль, поддался галлюцинациям… не защитил Шарлотту. Позор. Никогда еще Леннокс не испытывал такого всепоглощающего отчаяния. И вдруг произошло следующее.
Что-то небольшое, стремительное, словно тень, пересекло поле зрения. Сначала рыцарь подумал, что это очередная галлюцинация, но силуэт взлетел по спине монстра и, подняв меч, одним ударом пронзил чудовище.
Монстр начал бешено лягаться, издавая крики, похожие на предсмертное хрипение. Затем от кончиков лап он начал чернеть и в мгновение ока превратился в прах, с хрустом рухнув.
Фигура, стоявшая на спине чудища, взметнула высоко собранные алые волосы, мелькнувшие, будто красная лента, и бросилась на следующего монстра.
В одну секунду голова Леннокса прояснилась. Вина, отчаяние, стыд, унижение и смятение – все исчезло, словно унесло ветром.
Кто бы это ни был, это человек. А люди не сражаются на стороне монстров. Другими словами, прибыло подкрепление, они с Шарлоттой спасены.
Этот неизвестный союзник прекрасно знал слабости Грибов Лимби.
Панцирь монстра был настолько прочен, что его не пробьешь без усиления меча, доступного лишь великому мастеру вроде Леннокса. Но сам паразит был слабым звеном.
Прыгнув ему на спину и пронзив место, где рос сам Гриб, можно было мгновенно убить чудовище. Поэтому, когда к нему приближались, он извергал ядовитый газ и защищался лапами.
«Но как… как он взбирается на спины Грибов и при этом остается невредимым?»
Любой, кто наступал на монстра, тут же получал облако яда в лицо. Удержаться в сознании было почти невозможно. Даже Леннокс избегал такой тактики, ведь в его состоянии яд мог оказаться фатальным.
Но сейчас было не до размышлений. Единственное, что имело значение, – союзник невероятно ловкий и отлично понимает, как бороться с тварями.
У Леннокса вдруг открылось второе дыхание. Он развернулся в сторону, противоположную той, куда ринулся красноволосый воин, и снова поднял меч.
Когда в последний раз он сражался так яростно, забывая обо всем? Он бился, словно выжигая остатки сил. Тело едва держалось, но адреналин пульсировал так, что пробирал до дрожи. Это было глубоко ностальгическое ощущение, которое он не испытывал с тех пор, как достиг вершины своей силы.
– Ха-а… Ха-а…
Отступив на секунду и переводя дыхание, он медленно пятился, оставаясь настороже. И вдруг спиной наткнулся на что-то теплое.
Это был его неожиданный спаситель.
Леннокс почувствовал странное, непривычное волнение от мысли, что он теперь обязан незнакомцу собственной жизнью.
К тому же…
«Я… доверил кому-то свою спину».
Да, так сложились обстоятельства. Но довериться незнакомому человеку? На него непохоже.
Кроме того, дыхание и сердцебиение человека позади были удивительно ровными и спокойными, что заставляло Леннокса чувствовать себя бесспорно защищенным. И это несмотря на то, что человек был значительно меньше и худее его, судя по росту и ширине спины.
Хм? Минуточку…
«Женщина?..»
Леннокса трясло от лихорадки, вызванной внутренними травмами, а остатки яда заставляли блуждать между галлюцинациями и реальностью. Короче говоря, он был не в своей тарелке. Он даже не понял толком, кто сражается рядом с ним – мужчина или женщина. Но времени на раздумья не оставалось: очередная партия монстров снова бросилась в атаку, и рыцарь вынужден был вновь ринуться вперед.