Правда, не все всадники, как сенаторы, были крупными землевладельцами. Многие нажили богатство, будучи ростовщиками, коммерсантами или сборщиками налогов, но они часто вкладывали свой капитал в земельную собственность. Некоторые всадники с обширными связями могли бы давно стать сенаторами, но они предпочитали более спокойную, безопасную жизнь не на виду у римской общественности или свой «бизнес». У них не было, как у сенаторов, сословной этики.
Сенат был связующим звеном для всех сенаторов, туда возвращался каждый после окончания своих служебных обязанностей вне Италии (например, легат легиона или наместник). Такой корпоративной организации у второго сословия не было. Несмотря на это, всадники считали себя единым сословием (ordo), их можно было узнать по сословным символам: по тонкой пурпурной полосе на тоге, золотому всадническому кольцу, кавалерийскому плащу для торжественных процессий; они владели также конем, которого предоставляло им государство. Для всадников, вместе с сенаторами, в театре было зарезервировано 14 первых рядов. Возможно, их самосознание укрепили ежегодные кавалерийские парады и смотры в Риме в присутствии императора, иногда в них участвовало до 5000 всадников, разделенных на 6 турм. Участие в парадах было обязательным для всех всадников до 35 лет.
Одним из важнейших нововведений Августа, отец которого родился всадником, было то, что он приобщил всадническое сословие к государственным делам и из ограниченного круга всадников создал новую имперскую служилую аристократию. Оба сословия уже давно были связаны друг с другом родственными отношениями, брачными союзами. Почти все «новые люди» в сенате раньше были всадниками, и сыновья сенаторов оставались во всадническом сословии, пока по достижении 25 лет не избирались народным голосованием на должность самого низшего магистрата — квестора и становились членами сената, начиная служебную карьеру. По своему социальному положению оба сословия представляли собой богатый высший слой и отличались друг от друга только своим социополитическим рангом (dignitas), величиной минимального имущественного ценза и количеством. Тогда как число сенаторов не должно было превышать 600 человек, число всадников могло неограниченно возрастать. Император имел право вознаграждать возведением во всадническое сословие уважаемых людей из городских общин Италии и провинций, а также некоторых военных (центурионов).