Обе молчали, Райка была ошарашена, а Нона напугана.
– Ты уходила, – сказала Нона, и это не было вопросом, каждое слово звучало обвиняюще.
– Я не уходила, я была слаба, – шепотом произнесла Рая, почему-то чувствуя себя виноватой.
– Нет, я не могла тебя найти.
– Но теперь я же здесь, сижу рядом с тобой, – Райка погладила Нону по голове.
– Почему? Тебе стало лучше? – Нона хмурилась.
– Нет, мне все еще плохо, случилось что-то другое.
– Что? – Нона посмотрела на Райку.
– Тебе виднее.
– Это оно, – Нона встала на ноги, – это точно оно.
Девушка выбежала с кухни, и Райке пришлось пойти за ней. Выйдя в темный коридор, она увидела, что Нона зашла в пустую комнату с бетонными стенами.
– Это все яблоко, – Нона замерла, уставившись на зеленое яблоко, которое лежало на голом полу. – Ты вернула яблоко? – спросила она у Райки.
– Вернула? Нет, я даже не заходила сюда.
– Я выбросила яблоко в окно, – она показала рукой направление полета, останавливая взгляд на оконном проеме, где уже не было осколков, а стекло оказалось целым.
– Уверена? – спросила Райка.
– Конечно, уверена! – они недоуменно смотрели друг на друга. – Как оно это делает?
– Без понятия.
Эпизод 42
Костя переступил порог. Он не знал, позволено ли ему еще жить в этой квартире, разрешено ли ему видеться с Лоти, и, главное, разговаривать со Стариком. Получилось так, что пожилой человек встретил его в прихожей с неожиданной для Кости фразой.
– Лоти ни о чем не должна знать, – сказал хозяин квартиры и всего этого мира. После долгой паузы он прошел на кухню, где в это время стряпала одиннадцатилетняя девочка, по запаху что-то довольно аппетитное.
Костя промолчал, давая понять, что он исполнит волю Старика без лишних вопросов. Но о чем именно девочка не должна знать, Костя не был в курсе. О том, что Старик поручил присматривать за ней? Возможно, Лоти не должна была знать об их ссоре. Но, вероятнее всего, девочка не должна была знать о том, что Костя прочел новую книгу Старика и, самое главное, о том, что именно он прочел. О половине из этого Лоти уже знала. И по-хорошему, Костя не мог понять, почему ей нельзя знать всего остального.
Сдвинув брови в раздумьях, парень присел за стол. Сегодня рыжая девочка была на редкость улыбчива, не сказать, что обычно она ходила хмурой, но сейчас улыбка не сходила с ее лица. Не успел Костя войти на кухню, как Лоти начала тараторить, будто только его появления и ждала, чтобы сообщить сразу все самые важные новости. Но главной из этих новостей, как понял Костя, была находка маленького томика стихов, который она не преминула достать из кармана.
– Где ты его нашла? – поинтересовался Старик, понимая, что данная книга не из его библиотеки.
– В родительских старых вещах, – она раскрыла маленькую книжечку, которая скорее походила на записную книжку, – представляете здесь все от руки написано, – она показала разворот Косте, – я думаю, это мамины стихи. Она ведь писала в молодости, да? – Лоти уставилась в ожидании ответа на пожилого человека.
– Я даже и не знаю, – смутился Старик.
– Послушайте, послушайте, – Костя и Старик переглянулись, не ожидая от Лоти такого энтузиазма, –
Никто не счастлив, как она,
Прекрасна дева и свободна,
Никто не знает, что мечта
Всегда, быть может, одинока.
Красиво, правда?
– Вот на таких стихах ваша теория и рушится, – улыбнулся Костя, глядя на Старика.
– Отчего же? Вот зачахнет этот мир, и на месте него появится другой, из этих четырех строк.
– Какой здесь мир, в четырех-то строчках? – удивился Костя.
– Ты не поверишь, но порой даже одной строчкой можно создать целый мир.
– Что ж это за мир такой получится?
Костя тыкал в тарелку вилкой и что-то засовывал в рот. Это что-то должно было быть вкусным, по крайней мере, маленькая девочка рядом смотрела на него с надеждой на это. Но Костя не чувствовал вкуса, он не мог себе этого позволить, все его мысли были заняты странными логическими цепочками построения этого и других миров.