Девочка вцепилась в тарелку с едой и последовала за мамой вдоль ряда. Лена молчала и смотрела им вслед.
— Так печально, — пробормотала я.
Она кивнула, снова перевела своё внимание на очередь и приветствовала шаркающих мимо людей.
— Колин тебя тоже сопровождает?
— Он снаружи, я в этом уверена, но он не зайдёт, пока ему не покажется что-то странным, или я не пошлю ему смс.
— Твой отец должно быть ужасно сердится из-за вас двоих.
— Не то чтобы он из-за этого сердился, но и радости особой не проявляет, и постоянно напоминает мне об этом.
— Это не странно, с тех пор, как он вернулся домой?
— Моя мать намного счастливее, и это здорово. Только… он всегда рядом и везде суёт свой нос. Моя мать очень заботливая, но оставляет мне свободное пространство. Отец же в этом не особо заинтересован, — я вздохнула, наполняя ещё больше тарелок едой. — Думаю, он опять работает на Билли.
Она присвистнула.
— Это ужасно, чика. Он знает о твоей сделке с дядей?
— Да. Я беспокоюсь, что он собирается рассказать обо всём Колину, — однако до сих пор пока ничего не рассказал.
Я не была точно уверена, почему, но это был пункт в его пользу.
— Как ты ещё не запуталась? Есть ли вообще кто-нибудь, кто знает всю правду?
Я обдумала её вопрос.
— Нет.
— Тебе должно быть одиноко, — сказала она тихо.
Она была права. Я ещё никогда об этом не размышляла, но как было бы прекрасно, если бы хоть один человек знал обо всём. Кто-то, перед кем не нужно взвешивать каждое слово и следить за моей реакцией. Я потеряла это, когда умерла Верити, и меня сильно огорчало то, что она не смогла рассказать мне всю правду. Вот интересно, почему Лена, что касается этого чувства, так быстро попала в яблочко? Может она испытывает тоже самое?
Очередь постепенно закончилась, и мы начали убираться.
— Я сейчас вернусь, — сказала Лена.
Она взяла одно из немногочисленных пирожных, что ещё остались и, как будто случайно, пересекла комнату, направившись к маленькой девочке, недавно подходившей к нам. Она села перед ней на корточки, чтобы поговорить с ребёнком, и протянула ей пирожное, которое тут же исчезло. Мать по-прежнему казалась загнанной и измождённой, и Лена, всё ещё сидя на корточках, заговорила с ней с внимательным выражением лица. Она вытащила из кармана ручку и что-то нацарапала на бумажную салфетку, которую сложила пополам и сунула женщине в руки.
— Ты уже заканчиваешь? — спросила Ниобе, и я вздрогнула.
— Прости, я отвлеклась.
Лена всё ещё разговаривала с женщиной и маленькой девочкой. Казалось вокруг них сгущается тревога.
— Ты уже слышала о том, что случилось вчера вечером?
Ниобе сдержано кивнула и с заметным отвращением огляделась по сторонам.
— Тебе повезло. В очередной раз.
— Не настолько. Мой дядя всё видел. Теперь он знает о Дугах. Я думаю, он попытается это использовать.
Я прикусила губу и представила себе Билли, располагающего магией. Столько власти — и я уже видела, сколько он был готов поставить на карту, чтобы получить то, что хочет.
— Твой дядя не проблема, — сказала она. — У кого из нас есть причина помогать ему? Возможно за это взялся бы Люк, если бы посчитал, что таким образом сможет завоевать твоё благоволение, но из всего того, что я знаю о твоей семье, этот сценарий кажется мне маловероятным. У тебя есть более важные заботы, Мо. Твой дядя и его мир — это пустяки.
— Для тебя возможно, — пробормотала я.
Она нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.
— Сколько ещё будет таких посещений?
Я рассердилась.
— Почему спрашиваешь? Слишком много Плоских на твой вкус? Или тебе не нравятся бездомные?
Она закатила глаза.
— Я весь день окружена Плоскими. Не будет никакой разницы, если к ним добавятся ещё несколько. Но не все здесь Плоские, Мо. Получше следи за тем, кто перед тобой.
Я настроилась на Линии, попыталась их прочитать и чуть не уронила поднос, который держала в руках. По меньшей мере десять людей в комнате были Дугами, но по их внешности этого точно нельзя было угадать.
Слабая, почти незаметная магия окружала их.
— Что с ними не так?
— Разное.
Смотря на них, она казалась какой-то потрясённой. Её руки беспокойно двигались, одёргивая то тут, то там брючный костюм из букле.
— Некоторые из них не обладают достаточной силой, чтобы использовать Линии. Другие не смогли противостоять натиску проявляющейся силы, и магия прожгла их насквозь, как перегруженную лампочку.