— Но что они здесь делают?
— Выживают. Разве ты не должна сейчас убираться?
Я начала складывать тарелки и столовые приборы, но никак ни могла оторвать взгляда от Дуг, разбросанных по комнате. Магия вокруг них протекала по расщеплённым, серебристым нитям или святилась, словно тлеющий пепел.
Некоторые были настолько слабы, что я не могла распознать их элемента. Для любого другого они казались просто обычными бездомными. Всё в них — спутанные волосы, не стиранная одежда, пустой взгляд — казалось высохшим, пыльного цвета.
— Это обратная сторона Восхождения. Серафимы обещают тем, кто выживет, великую силу. Но тех, кого они посчитают слабыми или недостойными, они удалят из нашего общества, отнимут у них поддержку и силу. И те закончат вот так. Только самые сильные из нас смогут ещё распоряжаться магией.
— А у тебя она ещё будет?
Ниобе пожала плечами.
— Мне бы хотелось так думать, но нет никакой гарантии. Никто точно не знает, кому из нас Восхождение что-то даст.
— Но у Серафимов много последователей. Зачем им поддерживать Восхождение, если большинство из них закончит вот так?
— Лишь немногие люди вступают в битву точно зная, что проиграют, — сказала Ниобе. — Для этого нужно проявить неудобный уровень самопознания.
Я понесла тарелки на кухню, но продолжала смотреть на Дуг. Они сидели, склонившись над своими тарелками и уплетали за обе щёки, как будто это была единственная еда, которую они могли позволить себе за день.
Скорее всего так и было.
— Почему им никто не поможет? — спросила я Ниобу, когда она проходила мимо. — Их семьи, их Дома? Кварторы?
— Они пытаются. Но иногда наша помощь не приветствуется. Знаешь, люди, что находятся здесь, не единственные? Иногда им удаётся жить вполне убедительно среди Плоских. Некоторые полагаются на свои связи в нашем мире. Но иногда…, - она обвела взглядом комнату. — Иногда люди предпочитают уйти, чем жить в окружение того, что сами не могут иметь… Здесь больше нечего делать, — объяснила она. — Собери своих подружек с кухни. Пришло время уходить.
— Что с ней? — спросила Лена, когда мы одевали куртки. — Не скажу, чтобы она когда-нибудь выглядела сердечной и мягкой, но всё-таки…
— Я не уверена, — сказала я перед лицом прямой, как палка осанки Ниобы.
Мы вышли на улицу.
— Если уж мы заговорила о «сердечности и мягкости», было мило с твоей стороны дать маленькой девочке ещё одно пирожное.
Лена подёргала за собачку застёжки-молнии на куртке.
— Она была такой тощей маленькой крохой, что я подумала, ей не повредит ещё одно.
— Ты была там с ней целую вечность. Ты её знаешь? — мы обходили церковь, направляясь к стоянке, где Колин должен был забрать меня.
— Я ещё никогда её не видела, — сказала Лена.
Что-то в этой истории было не так, но прежде, чем она успела навешать мне на уши те же отговорки, которыми уже весь год кормила её я — что всё ужасно сложно или что я не пойму — она увидела что-то за моим плечом, и её лицо просветлело.
— Будет занятно на это посмотреть, — сказала она, и когда я повернулась, то увидела Колина и Люка, таращащихся друг на друга. — Надо бы собрать деньги за шоу.
Мы пошли быстрее, пересекая стоянку.
— Привет Колин, — сказала Лена. — Рада тебя видеть. И у тебя даже нигде не течёт кровь. Тебе это идёт.
— Лена, — уголок его рта дёрнулся.
— А ты… таинственный парень! Люк, верно?
Люк слегка поклонился.
— Всегда рад тебя видеть. Я никогда ещё не встречал девушки, которая бы появлялась так вовремя, как ты.
Он ухмыльнулась.
— Это талант. Итак, о чём мы сегодня не говорим?
— Мне было интересно, захочет ли Мышонок немного прогуляться, — беспечно ответил Люк.
Я была уверена, какой пункт назначения он имеет ввиду. Я посмотрела на Колина, который сгорбившись, прислонился к грузовику. Он от холода поднял воротник вверх, а я поправила его, чтобы иметь повод прикоснуться к нему.
— Ты ведь меня не выдашь?
— А у меня есть выбор? Я хочу, чтобы ты вернулась домой невредимой.
— Я тоже, — я бросила взгляд на Лену, которая смотрела на нас троих, словно пыталась взломать код. — Я пообещала Лене, что она может поехать вместе. Ты не мог бы всё-таки отвести её домой?
— В школу, — быстро вмешалась Лена. — Моя машина стоит возле школы. Это не очень клёвая машина, но зато надёжная. Всегда заводится, и радио работает. Однако она не такая старая, как твой грузовик. Какого он вообще года выпуска?