Он накрыл мою руку своей большой ладонью. — Ты это заслужила.
— Мне стыдно, — прошептала я. — Вив мертва. Ей бы так понравилось это место. Она ушла совсем недавно.
— Я не знал её очень хорошо, но подозреваю, что она была бы первым человеком, кто пожелал бы тебе счастья.
— Знаю.
Мы болтали, пока подавали одно блюдо за другим. Он поддерживал лёгкий разговор. Мы говорили о том, что происходило за те годы, что мы были в разлуке. Я рассказала ему, как училась в местном колледже на факультете гостеприимства и управления мероприятиями, а он рассказал немного о жизни в армии. Он дал понять, что не может откровенно рассказывать о своей засекреченной работе наёмного убийцы.
Я вертела в руках бокал. — Я ждала, когда ты вернёшься домой.
Он резко поднял голову. Мы только что закончили есть восхитительный десерт.
Я слабо улыбнулась ему. — Я думала, что, когда твои родители умерли, ты вернёшься.
— В то время я был на опасном задании. К тому моменту, как я узнал об их смерти, их уже похоронили. Я всегда знал, что они уйдут друг за другом. — Он коснулся моих пальцев. — Я хотел вернуться. Хотел увидеть тебя, даже если Эллиот надерёт мне задницу из могилы.
— Нет, он не стал бы.
— Стал бы. Он предупреждал меня держаться от тебя подальше. Говорил, что ты слишком хорошая для меня.
Я издала недовольный звук.
— Я знал, что он прав.
В его голосе прозвучала холодная горечь, и у меня перехватило дыхание.
Его глаза встретились с моими, тёмные и не спокойные. — Я был погружен в очень тёмные дела. Я не хотел, чтобы ты была рядом с этим. Со мной было непросто находиться рядом.
Я сильнее сжала его пальцы. — Мне было бы всё равно.
— Знаю, но мне — нет. Я хотел, чтобы у тебя была хорошая, нормальная жизнь. Не хотел, чтобы тебя втянули в то, чем я занимался. Или, что ещё хуже, сделать тебя мишенью. Я делал тяжёлую работу, чтобы ты могла жить хорошей жизнью.
Я тихо, но горько рассмеялась. — У жизни были другие планы.
Его лицо ожесточилось. Я попыталась отстраниться, но он отодвинул стул и вытащил меня из моего. Усадив меня к себе на колени.
— Нэш…
— Тсс. — Он прижался лицом к моим волосам. — Дай мне подержать тебя. Мне так жаль, что ты страдала. Мне следовало проверить, как ты.
— Я не твоя ответственность.
Он приподнял мой подбородок; черты его лица стали жёсткие. — Нет, моя. — Его рука легла на моё бедро и сжала его. Я почувствовала его мозоли на своей кожеи по мне пробежали мурашки.
— Когда ты не приехал на похороны Эллиота, я поняла, что ты больше никогда не вернёшься, — прошептала я.
Его объятия стали крепче. — Чёрт, как я по нему скучаю. Он был лучшим из нас. Хорошим, надёжным, верным. — Нэш тихо рассмеялся. — Это звучит, как будто он был золотистым ретривером. Он бы это возненавидел.
Действительно, возненавидел бы. — Я тоже по нему скучаю.
— Я так много думал о тебе. Однажды было совсем плохо. Я выполнял задание, был в бегах, за мной охотились, — он судорожно вздохнул. — Я прятался на чердаке старого сарая, в деревушке, название которой я никогда тебе не выдам. — он перевел дух. — И я представлял, как держу тебя за руку, как притягиваю к себе, как целую. Одно лишь воспоминание о твоей улыбке придавало мне сил жить дальше.
О, Боже. У меня застрял воздух в груди. Я пошевелилась у него на коленях и почувствовала твёрдую выпуклость, растущую подо мной.
— Нэш. — Шепот был полный тоски.
Его рука сжала моё бедро, большой палец выводил на коже сводящие с ума круги.
— Ты всё ещё ранена. Ничего между нами не будет, пока твои синяки не сойдут, и ты полностью не поправишься.
— Нэш, я в порядке….
Он покачал головой, затем поставил меня на ноги.
— Как насчёт прогулки по казино?
Я выдохнула. Прогулка была совсем не тем, чего я хотела. — Хорошо.
Он поблагодарил персонал ресторана, затем повёл меня к лифту.
Когда мы вошли в казино, он держал мою руку. Он провёл меня мимо широкого коридора, заполненного бутиками и я мельком взглянула на красивые наряды в витрине. Я так давно не покупала себе ничего красивого. В этом не было нужды.
Повсюду были развешаны элегантные бронзовые рождественские украшения. Моё сердце сжалось.
— Вив обожала Рождество. — Моё первое Рождество без неё. Первое, когда я буду одна.
— Не могу сказать, что я часто его праздновал, — сказал Нэш.
Наверное, крутым бывшим убийцам было не до Рождества.
Я выбросила все мысли о празднике из головы. Мы прошли через широкий проём и вышли в главный игровой зал.
Нэш провёл меня через лабиринт столов. Люди играли в карты, бросали кости, вскрикивали от восторга при выигрыше или стонали от разочарования при проигрыше. Я поняла, что Нэш наблюдал не за азартными играми, как я. Он был настороже и оценивал обстановку с точки зрения безопасности. Он кивнул человеку в костюме с наушником, который, должно быть, был сотрудником.