Лоренцо выскользнул из дома тем же путем и сел в свой неприметный черный внедорожник, спрятанный в дальнем углу хозяйственного двора. Завел двигатель.
Он ехал на юг. Прочь от Рима.
Анцио встретил его запахом соли, мокрой хвои и старой рыбы. Этот город не имел ничего общего с пафосным, мраморным Римом. Здесь не было вилл миллиардеров и блестящих бутиков. Анцио был городом-портом, городом сосновых лесов, длинных пляжей и древней истории, помнящей высадку союзников во время Второй мировой. Ночью он казался сонным, немного меланхоличным, но именно это чувство скрытности и уединения сейчас было Лоренцо нужнее всего. Шум прибоя заглушал мысли.
Он припарковал машину в тени старых пиний на узкой улочке недалеко от порта и подошел к зданию из желтого камня. Третий этаж. Дверь со скрипом поддалась, когда он вставил материнский ключ.
Внутри пахло лавандой и старой бумагой. Квартира была законсервирована во времени: накрытая белой тканью мебель, книги на полках, вид на темное, шумящее море из окна. Это было убежище. Место, где он мог наконец-то выдохнуть.
Лоренцо не стал включать верхний свет. Он достал свой смартфон — дорогую, напичканную трекерами вещь, через которую отец мог отследить каждый его шаг. Открыл заднюю крышку, вытащил SIM-карту и с хрустом переломил ее пополам, бросив кусочки в мусорное ведро.
Франческо Россетти для него больше не существовал. У него больше не было отца. Был только враг.
Надев куртку, он вышел на ночную улицу. В порту еще работала маленькая круглосуточная лавка. Лоренцо купил самый простой дешевый телефон и SIM-карту без регистрации.
Вернувшись в квартиру, он сел за маленький кухонный стол, зажег только настольную лампу и включил новый аппарат. Экран светился тусклым, холодным светом.
У него не было желания звонить юристам, партнерам или друзьям из высшего общества. В его новой жизни было место только для двух человек.
Он вбил первый номер. Алекса. Его сердце сжалось при мысли о ней. Только бы люди отца еще не добрались до нее.
Затем он вбил второй номер. Камерон. Надежный, спокойный Камерон — парень лучшей подруги Алексы, который умел держать язык за зубами и в критической ситуации не паниковал, а действовал. Если с Алексой что-то не так, Камерон будет первым, кто ей поможет.
Лоренцо отложил телефон. За окном шумело Тирренское море, разбиваясь о берег. Он посмотрел на свои руки — на них не было дорогих часов, на пальце не было кольца с фамильным гербом. Он был полностью отрезан от своего прошлого.
Лоренцо смотрел на экран нового телефона. Цифры на дисплее светились тусклым зеленым светом: 03:47. В такое время приличные люди спят. Но он знал, что Алекса сейчас не спит. После той ночи она наверняка просыпалась от каждого шороха.
Он нажал кнопку вызова. Гудки казались неестественно долгими. Один. Второй. Третий. Он уже собирался сбросить звонок, когда в трубке раздался щелчок.
— Алло? — голос Алексы был сонным, но в нем сразу прорезалась настороженность. — Кто это?
— Алекса, это я, — он старался, чтобы его голос звучал ровно, хотя сердце колотилось где-то в горле. — Не пугайся. Я звоню с нового номера.
— Лоренцо? — она выдохнула его имя, и в этом выдохе было столько облегчения, что у него сжалось сердце. — Боже, я так волновалась. Ты пропал, я уже думала...
— Слушай меня внимательно, маленькая, — он перебил ее, и в его тоне прозвучала такая сталь, что она сразу замолчала. — У меня мало времени, и я не могу говорить долго. Происходят... вещи. Мой отец в плохом финансовом положении. Он пытался женить меня на Софии Россетти ради сделки, а когда я отказался, он выгнал меня из дома. И он не остановится.
В трубке повисла тишина. Он слышал, как она дышит — часто, неровно.
— Он уже знает, где ты? — наконец спросила она, и ее голос дрогнул.
— Пока нет. Но София дала мне фору. Несколько часов. Я сейчас в безопасном месте, в Анцио. Это недалеко от Рима, квартира моей матери, о которой никто не знает. Но мне нужно, чтобы ты сделала для меня кое-что. Очень важное.
— Что угодно, — не раздумывая, ответила она.
Он закрыл глаза. То, что он сейчас попросит, разорвет его на части. Но это был единственный способ защитить ее.
— Если мой отец или его люди свяжутся с тобой... если они будут давить, спрашивать, где я... ты должна сказать им, что я тебя бросил.
— Что? — ее голос стал тонким, почти детским.
— Ты должна сказать, что я испугался, что я выбрал деньги и семью, а ты была просто развлечением. Что я уехал и не хочу тебя видеть. Понимаешь?
— Лоренцо... — в ее голосе прорезались слезы, но она не плакала. Не сейчас. — Зачем мне это делать? Это же ложь.