Алекса уютно улеглась спать, чувствуя приятную усталость после перелета и тепло, разливающееся в груди. А Лоренцо отправился на пробежку по улицам Рима, чтобы развеять нахлынувшие чувства и привести в ясность ум, ведь сегодня отец собирает своих помощников и тащит туда Лоренцо, как будущего владельца его бренда. Ему предстояло выслушать долгие речи о бизнесе, стратегии и прибыли, а его мысли были заняты лишь Алексой.
После пробежки, словно сбросив с себя остатки сна и навязчивые мысли об Алексе, Лоренцо приводил в себя под контрастным душем. Струи то ледяной, то обжигающей воды бодрили тело и пробуждали разум, заставляя сосредоточиться на предстоящем дне. Надев безупречно сидящий классический песочный костюм, подчеркивающий его атлетическую фигуру, он спустился вниз, где на завтрак его уже ждали отец и Виола.
-Доброе утро, Лоренцо, - сказала Виола, стараясь хоть как-то с ним подружиться. Беременность шла ей на пользу, и она как будто морально менялась, становилась мягче и спокойнее. -Всем приятного аппетита, - сказал Лоренцо непринужденным тоном, стараясь не показывать своего истинного отношения к сложившейся ситуации. На столе уже стоял итальянский завтрак, накрытый с истинным вкусом: свежевыжатый апельсиновый сок искрился в хрустальных бокалах, ароматный капучино дымился в изящных чашках, а тарелки были наполнены разнообразием деликатесов — тонкие ломтики прошутто, нежный сыр рикотта, свежие круассаны с абрикосовым джемом и спелые сочные фрукты. Горничные, словно тени, бесшумно убирали дом, а кухарки уже начали колдовать над обедом, наполняя кухню восхитительными ароматами.
-Сейчас завтракаем и едем в офис. Там у нас совещание, а дальше надо проверить еще раз коллекцию и попросить Лину созвониться с Торнерами насчет ресторана, узнать, нормально ли идет подготовка, - сказал Франческо, деловито кладя еду в рот. -Кстати, на встрече будет Россети, может, присмотришься к их Софии, - добавил Франческо, бросив мимолетный взгляд на Лоренцо.
Лоренцо не любил эту девчонку с самого рождения. Высокомерная, капризная, избалованная. Она выросла в Милане, купаясь в роскоши, и с самого рождения была одета в бренды с головы до ног. Она настолько ленива, что с собой катает визажиста, стилиста, массажиста. Всех, пока им платят. Время шло, а она не менялась, оставаясь избалованной куклой, лишенной какой-либо искренности и глубины.
До офиса отец и Лоренцо ехали каждый на своей машине. Лоренцо изредка поглядывал на телефон, проверяя, не написала ли ему Алекса. Убедившись, что она еще спит после дороги, он включил радио и с ветерком домчался до офиса, наслаждаясь утренней прохладой и свободой, пусть даже и временной. Он подождал отца у входа и зашел вслед за ним.
Просторный конференц-зал с панорамными окнами, из которых открывался захватывающий вид на Рим, ждал только их. София Россети сидела в телефоне, слегка покачиваясь на стуле и скучающим взглядом оглядывая присутствующих. Она никогда не любила все эти утомительные собрания и сидела здесь лишь из-за чувства долга и скуки, которую нужно было чем-то развеять. Секретарь, робко оглядываясь на нее, принесла ей кофе. София оторвала взгляд от телефона и, презрительно окинув напиток, противным, капризным тоном сказала: -Это не по фен-шую. Пенка должна быть слева направо, переделывай.