- И что же... Как будет происходить его выбор? - Фабиан не сумел скрыть интерес.
- А Вы не знали? - Мандейн вопросительно вскинул бровь. - Глава уже назначен самим императором.
Тайфер опешил, но вовремя опомнился.
- И кому же выпала эта честь?
Аберлард Фрашон оторвал взгляд от бумаг, сказал как отрезал:
- Не Вашего ума дело, - внезапно махнул рукой, подзывая к себе Тайфера. - Положите бумаги на край стола. Сюда. Что же Вы всё мнетесь с ними в руках?! У Вас на лице написана обида за вчерашний мой отказ, но Вы уже не ребёнок, чтобы долго держать на кого-то зло. Так ведь, господин Тайфер?! - Отложил стальное перо, откидываясь на спинку кресла. - К тому же совсем скоро состоится предварительная коронация Августа Д'артагнана и нам бы следовало обсудить Ваше на ней присутствие...
- Коронация при живом императоре?! - Возмущение сорвалось с языка.
- Сложно говорить о жизни, когда человек уже третий месяц при смерти и вряд ли когда-либо встанет на ноги.
- Возможно, Вы видите в этом лицемерие или даже предательство, - подхватил его слова Мандейн, - но истина в том, что пока все и каждый в этой стране ожидают смерти императора, нам было бы странно и глупо закрывать глаза на эту данность.
Дамиан Ксавьер — глава гвардии — весьма молчаливый, внезапно присоединился к разговору.
- Сейчас всё большее распространение получает социализм; народ жаждет свержения власти, и нам надобно бы перетерпеть эту бурю, отсечь саму возможность смуты. Государство под руководством простонародья — не государство. Одно название. Однако же каждый непременно желает разрушить то, что держалось без его вмешательства годами; изменить, перевернуть, будто это пустяк и глупость. И что самое горестное, редеет круг сведущих лиц, тех, кто понимает и слышит, знает и умеет; тех, кто видит, что каждое изменение влечёт за собой расстройство самого общества и строя как цельной системы.
- Так вот, - заключил господин Мандейн, скрещивая руки на груди, - можете осуждать нас, Фабиан, но коронация цесаревича Августа — вынужденная мера. Конечно, она пройдёт за закрытыми дверьми, в кругу самых близких лиц, но суть её и значимость останутся прежними.
- К слову, Вас, господин Тайфер, Август приглашает особо настоятельно. - Аберлард перебирал бумаги, косо наблюдая за собравшимися. - Последнее время он неустанно жалуется на скудность своего окружения. Мол, наши лица ему давно наскучили, и он бы с радостью разбавил их чем-то свежим. В роде Вас. Он хочет познакомиться с Вами не только в качестве будущего мужа своей сестры, но и как с одним из приближенных лиц. Вы ведь не откажитесь?
Юноша пожал плечами, хоть внутренне и понимал, что выбора не имеет.
- Присядьте, Фабиан. Присядьте. - Аберлард подвинул стул рядом с собой, приглашая Фабиана за общий стол. И то было во многом лестно. - Надеюсь, Вам особо некуда спешить. У нас есть к Вам... своего рода... деловое предложение. Мы долго думали и обсуждали Ваше желание продолжить дело своего отца и пришли к следующему: господин Мандейн временно займёт пост покойного Ноэля, пока назначенное императором лицо вынужденно отсутствует. - Последние слова звучали искусственно и натянуто. - Мы нашли интересным решение господина Тайфера взять Вас в свои личные секретари, особенно сейчас, когда в стране кризис образования и найти подходящего и сведущего работника очень трудно. И мы хотели бы предложить Вам стать правой рукой господина Мандейна. Да, работа не из благородных, но достойнее Вас кандидатуры не найти. Вы превосходно разбираетесь в делах своего отца. В бумагах значится далеко не всё, мы прекрасно понимаем то. Наверняка, Вы знаете в подробностях, над чем планировал работать Ноэль в ближайшие месяцы.
Господин Мандейн окинул Фабиана строгим оценивающим взглядом, будто видел его впервые, да и держал не за человека, а за предмет декора, скот или новый дормез. И Тайфер невольно поежился, стараясь не поворачивать головы.
- Вам стоит зарекомендовать себя. Вполне возможно, что при новом императоре Вы станете, хоть и не седьмым, но восьмым членом Совета. Не плохая перспектива, не правда ли?!
Фабиан вновь многозначительно пожал плечами.
- Работа не пыльная, хорошо оплачиваемая, - продолжил уже сам Мандейн. Тайферу всё казалось, что ему он глубоко неприятен, но сейчас суровое и непроницаемое лицо старика выдало некое подобие улыбки. Доброты в ней не сыскать. Ни капли. Скорее натужное радушие. И Фабиан вдруг поймал себя на мысли, что он попал на закрытый аукцион и, увы, далеко не в качестве гостя.
- Работать будете либо здесь, либо у господина Мандейна на дому, - продолжил Фрашон.