- Я не сведаю в подобного рода вопросах...
- Но Вы представительное лицо!
- Ваша правда. И я, как представитель господина Элиаса Ревиаля, считаю, что нам надобно уехать. Мы не смеем больше подставляться под риск! У нас есть вполне себе чёткие указания, и мы обязаны следовать им, какой бы ситуация ни была, - и здесь Регон малость соврал, но Элиас не видел в этой лжи ничего дурного.
- А я ведь знал! Знал, что в Вашу эзотерику верить нельзя! - завыл всё тот же незнакомый советник, чем породил новый приступ гнева Мандейна.
- А Вам бы помолчать! - вспылил он, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться на крик.
- Нашли кого затыкать! Своей женой помыкать будете, а я молчать не стану!
- В таком случае, - Мандейн внезапно смягчился, - предлагайте.
- И что же?
- Решение проблемы. Раз взялись досаждать нам своими суждениями, так идите до конца и посоветуйте, что нам делать.
- Нашли с кого спрашивать...
- Так почему бы не заткнуться к чертям собачьим?! - Рявкнул Мандейн, сквозь плотно сжатые челюсти.
На том перепалка была окончена.
- Сядьте, господин Триаль, - он продолжил в полной тишине.
К удивлению Элиаса, Регон молча опустился в кресло.
- Прошу, выслушайте меня. И, давайте, не будем забывать о здравомыслии.
- Смотря, что Вы под ним подразумеваете, - рачитель скривился.
- Господин Ревиаль останется здесь. В Даспире. И Вы сами, к слову, тоже. Мало того, господин Ревиаль будет, как мы то решили ранее, представлен завтра лично императору.
- И как Вы себе это представляете? - скептицизм в Регоне лишь усиливался.
- Думаю, нам всё же придётся открыть наши замыслы Августу.
Кто-то опять заворчал, за ним потянулись и другие.
- Не целиком, конечно, - продолжил Мандейн, - но придётся. В ситуациях, когда время является главенствующим фактором, сложно не идти на уступки... Август не сентиментален, но даже у него встреча с родным братом вызовет прилив тёплых чувств.
- И Вы действительно думаете, что Август поверит в это? Поверит в существование "мифического", всеми скрываемого родственника? - Регон посмел усомниться.
- Здесь дело в том, сумеет ли господин Ревиаль быть достаточно убедительным, - после этих слов собравшиеся вновь обратили свои гневливые взгляды в сторону Элиаса. - Вы ведь умеете быть достаточно убедительным, господин Ревиаль?
Юноша тяжело сглотнул, всё ещё не зная, что ему предстоит.
- Окружение нашего любезного императора пустует. - Продолжил Мандейн, меря комнату рваными шагами. - Близко к себе он никого не подпускает, приятелей не имеет...
- А как же Льюис Крофорд? - господин Ксавьер вклинился в его рассуждения.
- Этот жалкий офицеришка?! - тот вопросительно вскинул брови. - И с чего вдруг мы должны с ним считаться?!
- Он спас Августу жизнь тогда под Эйсбургом, - тут же нашёлся Ксавьер.
- И что с того?
- Он всюду сопровождает Августа. Они вместе посетили несколько театральных премьер за последний месяц... И знаете ли, "жалкий офицеришка" вряд ли сможет позволить себе место в ложе подле императора. На прошлой неделе Август впервые был замечен на скачках в сопровождении того же Крофорда... И если бы Вы только знали, как Его Величество ненавидит лошадей. Нельзя забывать и о том, что после отравления, когда Август пришёл в чувства, то долго никого не пускал дальше порога своей опочивальни. А Крофорд, судя по словам горничных, спокойно заявлялся туда, не утруждая себя даже стуком. В завершении всего, насколько мне известно, Льюис Крофорд приобрёл усадьбу госпожи Ла'Круэль. Заброшенное и обветшалое, конечно, местечко, но для офицера, отказавшегося от наследства и живущего тем, что Бог подаст, весьма странное приобретение. И дело тут не столь в денежном аспекте вопроса. Мне непонятен мотив, неясно, чем он руководствовался. Поверьте мне на слово, я знаю, о чём говорю! Льюис из тех, кто может заснуть на обочине дороги в неизвестном ему городе, а на следующий день даже не вспомнить, где он и почему там находится. Долгосрочные перспективы не для его ума. Он может неделями питаться водой и хлебом, чтобы в первый день после получения выручки пропить и проесть всё до последней монеты в худшей забегаловке города в компании рядовых солдат. Он бы не стал покупать землю, потому как побоялся бы привязать себя к одному месту, а Льюис не из тех, чей мир статичен. - Завершая свою тираду, Ксавьер поспешно добавил. - Я просто хочу, чтобы Вы, господин Мандейн, как и прочие, присутствующие здесь, приняли факт того, что Его Величество далеко не затворник и отнюдь не так нелюдим, каким может показаться на первый взгляд. Мы не имеем больше права на ошибку, оттого и не должны поступать опрометчиво. Если единственное, на что мы полагаемся, это никем не подтвержденная родственная связь, то велик риск провала.