— Молчи, — выплевываю я приказ.
Он сужает глаза.
— Почему?
— Не задавай мне вопросов. Делай так, как тебе говорят.
Он улыбается мне хищно и опасно. Я стремительно стираю улыбку с его лица, когда даю ему пощечину. Сильно. На мгновение он выглядит ошеломленным.
— Тебя нужно просить дважды? — задаю я вопрос. Мои щеки пылают так сильно, что, вероятно, я смотрюсь смехотворно пунцовая и встревоженная, особенно на фоне моей отчаянно вздымающейся и опадающей груди. Но Зет не смотрит ни на мои щеки, ни на мою грудь. Он потрясенно смотрит мне прямо в глаза. Могу видеть, как Зет борется с собой из-за того, что я только что сделала ему. Он ненавидит меня за этот удар по щеке. Ненавидит то, что я срываюсь на нем по любому поводу; мне это известно по предыдущему опыту... И в то же время, это его собственное желание. Он не может отреагировать, ведь сам же просил меня об этом.
Неспешно выпрямляясь, Зет продолжает смотреть на меня. Когда он отодвигается, я приподнимаюсь и соскальзываю с кровати, стараясь, чтобы нервы не завладели мной. У меня все получится. Я могу сделать это, если не позволю панике взять вверх надо мной даже на долю секунды. Если позволю ей верховодить, то больше никогда не верну себе решимость. Часть меня просто задается вопросом, насколько сильно мне придется заплатить за мои действия позже.
Сумка уже открыта. Я развожу ее края в стороны, чтобы лучше посмотреть на то, что находится внутри, и практически позволяю утратить себе контроль в ту же минуту. Мне никогда не приходилось видеть ничего подобного за всю мою жизнь. Отчасти в сумке находятся товары из секс-шопа, отчасти из оружейного магазина. Зная Зета, я не имею понятия из каких именно двух магазинов взят маток веревок для бандажа или ножи в чехлах, и откровенно говоря, слишком напугана, чтобы узнавать это. Так же здесь имеются и остальные «штучки»: кляп в форме шарика на резинке, манжеты, длинная веревка, гладкий серебристый вибратор в форме пули, который выглядит совершенно новым. Рядом со всем этим, здесь же находится кастет, пистолет, а также то, что я предполагаю, является шокером. Мой осмотр заканчивается на рулоне скотча.
Я пребываю в смятении. С кем вообще имею дело? Это жесткое напоминание о том, что Зет намного темнее, чем все те люди, с которыми мне приходилось встречаться ранее. И намного опаснее. «Он никогда не притворяется кем-то другим», — напоминает мне тоненький голосок в голове. Я поднимаю взгляд, чтобы увидеть, как мужчина внимательно следит за мной, с ладонями, сжатыми в кулаки по бокам. Так, словно Зет делает это специально. Он заставил меня заглянуть в долбаную сумку. Чтобы я увидела, кем он является. И, вероятно, думает, что я сбегу от него. Зет определенно точно ждет, когда это произойдет. Но я не такой человек. По крайней мере, не сделаю этого сейчас. Возможно, вернусь вновь к прежней замкнутой и пугливой Слоан, как только я освобожу Алексис, но до того момента...
Я беру пистолет.
— Поднимайся.
Зет выглядит шокированным.
— Слоан…
— Я тебе сказала, встань. — Проверяю обойму, снимаю предохранитель, и затем целюсь этой штуковиной прямо в грудь Зету. Я все еще паникую, как ненормальная, мое лицо все еще пунцовое, но чувствую, как что-то меняется внутри меня. Я больше не нервничаю. Только не с оружием в руках. Зет медленно поднимается на ноги, не сводя с меня глаз.
— Когда я тебе сказал взять что-то из сумки...
— Ага, я поняла. Ты не ожидал, что я выберу его. А теперь снимай свою футболку.
Он снимает ее, быстро стягивая через голову, так, словно не хочет отводить от меня свой взгляд ни на мгновение. Я хочу воспользоваться моментом, чтобы насладиться красотой полуобнаженного мужчины передо мной, но не могу ему позволить увидеть, что он делает со мной. Вместо этого указываю пушкой на его штаны, приподнимая брови. Он понимает, что я имею в виду — «снимай их тоже». Скидывает туфли и расстегивает штаны, и все это, не отводя своего взгляда.
— Что теперь? — спрашивает он.
— Заткнись. Иди ко мне. — Он в одних боксерах обходит кровать и останавливается, возвышаясь надо мной. Пытается запугать меня своим размером, но прием не сработает. Только не в этот раз. Это, вероятно, шокирует его; у меня такое ощущение, что он использовал эту позу, чтобы запугивать множество людей на протяжении долгого времени. Но я собираюсь забрать у него преимущество.
— Опустись на колени, — этот приказ заставляет его остановиться. Я не думаю, что он планировал, что такое могло произойти. Совершенно. Он не сразу выполняет приказ. Я подталкиваю его дулом пистолета, прижимая достаточно жестко, чтобы заставить покрыться кожу мурашками и сжаться мышцы. Теперь он понимает происходящее.