Худшая часть ночи начинается вскоре после четвертого шота текилы. Достаются большие косметички, такие же большие и тяжелые, как сумки для инструментов у рабочих, и девушки начинаются хлопотать друг над другом, давая советы по уходу за кожей, и тренируются в нанесении макияжа, который они хотят сделать себе завтра вечером. Вся эта штука с вечером была у меня на втором плане, пребывая где-то на задворках разума, но теперь она стала главной. Такой же вечер, как проводит Зет. Но на этот раз я знаю, что не будет никаких темных комнат, в которых можно будет укрыться. Никакого уголка, в котором можно будет отсидеться и притвориться, что не имеешь отношение ко всему этому. Мне необходимо участвовать, и я собираюсь сделать так, чтобы это выглядело убедительным для Зета и для меня.
Об этом я поволнуюсь завтра. Сейчас мне нужно сосредоточиться на важной цели. Начну с общих вопросов, ожидая обсуждения других.
— Так только вы тут живете, девушки? Дом кажется огромным для вас семерых.
— О, нет. Нас обычно тут девять, — говорит Сара. — Кади отправилась в город, чтобы сделать ринопластику. Хулио заплатил за это, можешь в это поверить? Он сказал, что ее шнобель будет отпугивать всех, и никто не захочет трахать ее, если у нее будет нос, как у старика с горбинкой. Он оплатил все: операцию, отель, расходы, и все остальное. — Ее голос звучит завистливо. У меня складывается ощущение, что Сара оплатила свои «подушки» из своего кармана. — Как бы там ни было, другая девушка, Хлоя, поехала вместе с ней, чтобы составить ей компанию. И еще есть София. Она уехала, чтобы встретить группу парней, которые приедут завтра сюда. Думаю, вернется завтра после обеда. Хлоя и Кади тоже, хотя Кади не будет работать. У нее, могу поклясться, будут синяки под глазами. Можешь представить, как плохо она…
Сара продолжает говорить и говорить, даже не останавливаясь, чтобы сделать вдох, а я обдумываю новую информацию. Хлоя, Кади, и София. Алексис нет. Но опять же, я знаю, что она здесь. Зет сказал мне, что он видел фотографии, сделанные Майклом, прежде чем его поймали, поэтому, вероятно, они сменили ей имя или что-то типа того. Она не Кади, это точно. Алексис даже более симпатичная, чем я, и никто никогда не обвинит ее в том, что у нее горбатый нос, как у старика. Значит, остаются Хлоя и София. Мое сердце замирает в груди, когда я понимаю, что не смогу поговорить с Алексис до завтрашнего вечера.
А что, если я не смогу поговорить с ней должным образом? Что, если она будет окружена людьми на протяжении всей ночи, и возможность так и не представится? Полагаю, мне необходимо сделать так, чтобы это случилось. Как бы то ни было, я должна вытащить мою сестру отсюда.
Глава 6.
Зет
— Какого хрена ты не сказал мне, что ты кузен Ребела?
Майкл выбрался из грязной, пропитанной кровью одежды, и приоделся в отлично сидящий костюм, в чем я его привык видеть. Думал набить морду лживому придурку за то, что он скрыл что-то настолько важное от меня, но это была бы лишь трата энергии. У него было право держать это в секрете. А заставить его умыться кровью означало бы лишь то, что ему вновь потребовалось бы переодеваться.
— Не мне решать, Зи. Я хотел сказать тебе еще тогда, но Ребел не хотел, чтобы кто-то знал о семье, понятно? Полагал, что это слабое место, если люди будут в курсе. Родные люди могли быть подвергнуты пыткам и похищены. Плохо для бизнеса. Особенно для того, в котором он крутиться. У него есть враги, мужик. Серьезные.
Я издаю стон, выпивая пиво.
— Имеет смысл. Но все же.
— Да, я знаю, мужик. Знаю. Я мог доверять тебе в этом. Мне следовало бы.
Майкл знает, что Ребел был одним из тех, кто ставил деньги за девственность Слоан. Он так же знает, как я отношусь к больным ублюдкам, которые похищают девушек и насилуют против их воли. Насчет многих вещей предпочитаю держать свой язык за зубами, но это, возможно, единственная вещь, насчет которой открыто проявляю недовольство. Он, несомненно, знал, что я отреагировал бы не слишком хорошо, если бы узнал, что Ребел являлся родственником Майклу.
— Ты слышал что-то о нем с того времени, как Хулио звонил ему? — спросил я.
Майкл кивает, беря бутылку охлажденного пива из ведерка со льдом возле бассейна, и присаживается рядом со мной.
— Именно поэтому я пришел к тебе. Он едет сюда
Я кивком указываю на свои ноги.
— Сюда? Ребел направляется сюда? Зачем?
— На встречу. Навестить Хулио из-за того, что он причинил мне вред. Чтобы потрахать девочек. Я не знаю. Он просто сказал мне, чтобы я ждал его.
Это, бл*дь, просто замечательные новости. Чертовски. Замечательные. Внезапно на меня наваливаются все проблемы разом, вызывая у меня головную боль. Если он увидит Слоан, узнает ли он ее? Эли, частный следователь, которого я убил, вероятно, показывал ему фотографии, потому что он бы не ставил просто так такую высокую ставку за девственность какой-то случайной девчонки. Как, черт побери, Ребел поведет себя? Сделает ли он что-то, чего не выдержит мое самообладание?