Т3: А ты сам не хотел бы продлить собственную жизнь? Годы бегут неумолимо, тебе вряд ли много осталось.
А.: У меня нет причин идти дальше. Я не вижу идей, ради которых стоило бы продлевать свою жизнь, и тот мир, который вы создали, меня ничуть не вдохновляет. Он правильный с какой‑то стороны. Он, наверное, был единственной возможностью человечества вернуться на путь прогресса. Но он уже не для меня. Пусть молодые учатся жить в нем, а я, закостенелый скряга, даже и несопоставим уже с новой реальностью. Как придет время, спокойно окончу свои дни. Тем более, не так уж долго ждать осталось.
Т3: Но никто и ничто не мешает тебе сейчас продлить свою жизнь. Ты можешь попробовать, а там уж решишь, интересно тебе в новом мире или нет. А так ты просто лишаешь себя выбора. Тебе, безусловно, кажется, что мы оставили в тех же пределах зону, пригодную для твоего обитания, что это неизменная арена твоей борьбы с самим собой. Нет, посмотри: позади стопок твоих полотен находится дверь в другую комнату, где ты сможешь изменить себя и заложить основу для новой жизни.
А.: Хм… Заявление насколько громкое, настолько и туманное. Находясь в этой комнате столько лет, я мало в чем изменился, а каким образом нахождение в другой комнате может изменить меня в короткий срок?
Т3: Так ты зайди и посмотри. Или настолько замкнулся на этой комнате, что остальной мир кажется тебе слишком хрупким и зыбким?
А.: Нет, у меня нет никаких опасений относительно сопредельного пространства. Однажды оказавшись здесь, я никогда не выходил наружу только потому, что всегда знал, что именно ждет меня там. Но сейчас вы предлагаете мне противоположную крайность: побывать в таком месте, о котором я заранее ничего не могу узнать, но где со мной обязательно случится какое‑то неординарное изменение. Я могу согласиться на такое, только если мне станет наплевать на всю работу, которую я еще смогу сделать до окончания дней моих.
Т3: Да ты в любом случае не потеряешь способность продолжать свою работу. Относительно этого у тебя не должно быть никаких опасений.
А.: Сомнительным мне кажется все, что вы говорите. Ну да ладно. Пойду проверю, что вы мне приготовили.
21
В полном соответствии с обещаниями творцов, он, раздвинув стопки полотен, увидел дверь, какую можно было встретить в квартирах сотен обычных домов времен его молодости. Андрей прикоснулся к ручке с чувством полного безразличия, будто ему было наперед известно, что в соседней комнате ничего нет. На самом деле по другую сторону двери была обстановка, которая буквально резала глаз своим эклектичным разнообразием. Величина открывшейся его взору комнаты составляла примерно десять на десять метров, в высоту – около четырех. У левой стены была обустроена полноценная оранжерея: несколько карликовых деревьев с пышной раскидистой листвой, хорошо раздавшиеся в стороны кактусы, стенды с горшками, в которых росли разные цветы – как огненные герани с пышноцветными гиацинтами, так и незамысловатые бамбуки с простецким на вид миртом. Оранжерея смотрелась ухоженной, но, охватывая ее взглядом, невозможно было уловить единый принцип, по которому она могла быть составлена, будто растения подобрали и расположили как попало. От оранжереи веяло освежающим, насыщенным влагой воздухом, благодаря чему легко было проникнуться впечатлением, что позади растений находится ряд распахнутых окон, а за ними – большой цветущий сад. У стены напротив входной двери было организовано что‑то подобие маленького кафе: стояло несколько столиков, каждый на 2–4 человека, саму стену украшали деревянные панно с изображениями фруктов, бутылок вина, десертов, соусниц, кувшинов и прочих атрибутов трапезного стола. Выше, под самым потолком, висел огромный экран, на тот момент выключенный. Снизу от экрана находился большой аквариум, обстановка которого содержала макет полуразрушенного замка, разноцветную каменную кладку, длинные стебли вьющихся водорослей. Рыбок внутри аквариума было немного, и они ленно, без малейших признаков активности, дрейфовали внутри выделенного им водного объема. У правой стены было обустроено полноценное жилое пространство: и просторная мягкая мебель, и практичный, в меру оригинальный с дизайнерской точки зрения кухонный гарнитур, а также шкафы с подсветкой, разнообразные предметы декора, включая пару цветастых гобеленов, полки с изысканными на вид книгами и статуэтками античных героев, эстетски оформленные настенные часы, зеркала в узорчатых вычурных рамках. Одновременно это жилое пространство выглядело покинутым, в основном из-за пыли на мебели, а также брошенных на пол газет и журналов.