Сколько их ещё, кто будет отравлять другим жизнь, калечить ее и превращать в кошмар? Сотня, тысяча? Все эти лица сливаются в одно, как смазанные фото, накладываются и смешиваются в единый образ убийцы, которому я желаю лишь одного: смерти.
Я лишь слегка касаюсь средним пальцем большого, поглаживая подушечки друг об друга.
Щелчок.
И пенистые мешки лёгких в груди моего врага взрываются.
Глава 6 × В пух и прах
Пока и пальцем не могу пошевелить, но вы же не против, если я начну говорить?
Да-да, тот самый Хвегон, который всего за каких-то двадцать три года не раз крупно облажался. Лучше бы вообще не рождался на этот свет.
Ну, серьезно, что хорошего принес я в наш мир, кроме проблем и бесконечной боли? Всё, к чему проявляю интерес, рано или поздно начинает разрушаться, превращается в воспоминания и фантомные отголоски чего-то хорошего. Семья разрушена с первого же момента моего зарождения. Я ведь безотцовщина, незапланированный ребенок, которого вырастили нелюдимые мать и старшая сестра.
Хрупкие нити отношений с Линдой треснули в тот же миг, когда Сильвер не получила то, чего так жаждала многие годы. Начиная с первого знакомства, хотела внимания от популярного парня, и моими же послушными от яда руками сотворила боль.
Друзья, товарищи по баскетбольному клубу, просто знакомые стали относиться ко мне как к ничтожеству. И даже агентство безопасности, прознав об употреблении и отравлении опасным веществом, отказалось принимать меня в ряды новобранцев ЭВТП.
«Ваш организм, судя по результатам , все еще подвержен высокому уровню содержания допинга в крови, как бы странно это ни звучало спустя полгода после инцидента, мастер Хвегон. Нам очень жаль, но дождитесь следующего набора...»
Но и во второй раз меня не приняли, и причина та же.
Ситуация довела до бешенства, и я не нашел лучшего способа успокоиться, чем найти виновника всех моих проблем. Просто взял и спихнул их на человека, с которого весь круговорот несчастий начался. Со своим рождением я уже ничего не мог поделать, упоминания об отце нигде не сохранились, а мать до сих пор держит свой рот на замке. Так что Сильвер стала для моей расшатавшейся психики боксерской грушей.
Жалел ли я ее хоть капельку? Нет. Молодая заносчивая дура, возомнившая себя мисс Вселенной, просто отыгрывала на мне свои проблемы. Она использовала постороннего человека, так почему я не мог? Ах, да, гуманность, как я мог о ней забыть. Нельзя же падать на то же самое дно и равняться с обидчиком, ну-ну.
Месть – блюдо, которое подают холодным и желательно на ножах.
Первое время я считал себя полным подонком, напиваясь до истерического смеха, слез, соплей, и приходил домой разукрашенным чужими кулаками. Мать молча поджимала губы, и это поведение влияло на меня намного хуже, чем порция отборной ругани от Тобиас.
А потом стало не до смеха.
В какой-то момент помутненный алкоголем разум начал соображать настолько активно, свободно переплетая все события, связанные с Сильвер, что я тут же протрезвел и почти не бухим уселся за руль мотоцикла, лишь бы побыстрее добраться до сестры.
«Сильвер рассчитала всё с самого начала», — единственная мысль, которая бешено пульсировала в моем мозге и жгла кровь, пока я летел на красный свет светофоров.
Тобиас была в шоке, мягко говоря, но тоже начала копать под Сильвер и вынесла долгожданный вердикт.
Девушка была крепко повязана с черешниками, названными так за свое пристрастие к особому виду наркотиков – капсулам, формой и цветом походящим на спелую черешню. И да, черешники – те самые клыкастые ребята, один из которых чуть не разбил мою голову пополам, как жеоду*, и, черт его знает, наверняка добрался до Линды, пока я валялся без сознания, истекая кровью.
Жео́да – это замкнутая полость в горной породе, заполненная минералом и имеющая пустоту внутри, размерами от 1 до 100 см.
Это и есть армия Анаконды, неоднократно терроризирующая Хэноу-Хэн и подвергающая всех жителей в ужас, стоит лишь заговорить об их появлении.
Была ли Линда изначальной мишенью Сильвер по приказу Анаконды? Скорее да, чем нет, и мне стоило догадаться ещё раньше, на трезвую голову.
ДиМартин ведь постоянно издевалась над ней, шутками прикрывала оскорбления, адресованные семье Долл. Демотивировала на игровой площадке, часто позорила и заставляла испытывать стыд даже за то, что Линда играла на позиции либеро, вечно дежурящим на подхвате мяча игроком.
И когда Линда на последнем весеннем матче со сборной Агвии доказала обратное и подняла все тяжёлые мячи, профуканные остальными членами команды, Сильвер сорвало башню окончательно. Эта сучка добилась того, чего хотела: выбила почву из-под ног Линды и стерла ее из истории.