- Я в душ!
- Угу.
Я только успела сходить в гостевую и вернуться за шлепанцами, а Воропаев уже преспокойно спал поперек кровати, как был в одежде. Счастливый, выключается где угодно и когда угодно. Осторожно, чтобы не разбудить, стянула с него майку и летние шорты. Подумав, погасила свет и легла рядом. Да ну его, душ этот! Завтра схожу.
Мелководье мы посетили и провели там полдня. Плавали, загорали, купали упрямого Арчи, любовались видом на гору имени Гайдарева и отыскали две совершенно целые ракушки крупных размеров. Удачно! Сумеешь с толком зачаровать морскую раковину – получишь прекрасный долговечный амулет необходимых свойств. Магию они хранят не хуже металлов и драгоценных камней.
В магазин трав я буквально влюбилась. Чего здесь только не было! Помимо сборов в пакетиках и мешочках в ассортимент входили различные полезные ягоды, свежие и сушеные, со всех концов страны, кора деревьев, орехи всевозможных сортов, экстракты и спиртовые настойки. Пока Артемий беседовал с сухонькой продавщицей, я бродила по немаленькому магазину и приценивалась. Витавшие в воздухе запахи напомнили о тете Вале и ее повальном (какой каламбур) увлечении фитотерапией. Она вечно что-то сушила, вымачивала, измельчала, настаивала и лечила этим любые хвори. Цветы и плоды боярышника, валериана, мята, девясил, зверобой, календула, калина, липа, малина, мать-и-мачеха, череда, чабрец, чистотел… К наименованиям прилагалось краткое описание целебных свойств и возможного применения.
Ого, тут еще один отдел есть! Повернув ручку в форме медвежьей головы, я вошла в полутемное помещение, освещаемое керосиновыми лампами. Шторы на окнах были плотно задернуты, не пропуская ни единого луча. Машинально попятилась и налетела на что-то спиной. Это «что-то» оказалось чучелом гризли, здоровенным и до жути живым. Даже пластмассовые глазищи от испуга сошли за настоящие. Ма-ма! Подавив крик, я отшатнулась, чтобы сбить с ног подкравшуюся ведьму.
- Ах ты, килька пучеглазая! Змея подколодная! Собака приблудная! Ты какого лешего здесь забыла?! – верещала та, потрясая тыквообразными кулаками на непропорционально тонких руках.
В ответ на извинения и предложенную помощь меня нарекли «куцехвостой пираньей» и «глупой гусыней» и взашей вытолкали из каморки. Чудесный сервис! Что такого я ей сделала? Повесили бы табличку: «Не влезай – убьет!»…
- Брунгильда, мать-перемать! Ты, кажись, совсем белены объелась! – подоспела сухонькая из человеческого отдела. – Открывай, шельма! Ща я тебе уши пооткручиваю! От-кры-вай! – каждый слог сопровождался ударом ноги в дверь.
Воропаев стоял рядом и терпеливо ждал, чем дело кончится.
- Тём, пойдем-ка отсюда, – потянула его за рукав. – Ненормальные какие-то! Медведя зачем-то убили…
- Ты что, там как раз самое интересное, – подмигнул Артемий. – Не хочешь взглянуть на цветок папоротника и Малахитовую шкатулку?
Нет, не хочу, потому что папоротник не цветет… Ага, и коты не говорят, и ведьмы не колдуют! Но эту Брунгильду с ее гризли я всё равно боюсь!
- Чего надо, Варвара Ромуальдовна? – прокартавила склочная продавщица. – Занята я!
- Открывай, крокодилье отродье! Покупателей тебе, дуре старой, привела!
Дверь с резким хлопком ударилась о стену, чуть не отбив Варваре ногу. С рябоватой физиономии Брунгильды не сходило скептическое выражение.
- Ну и де они?
- В Караганде! Тьфу ты.
- Эти, что ль?! – продавщица крякнула, принюхалась и сложилась в три погибели. – Ой, и вправду! Бат-тюшки! Проходите, проходите, не стойте в дверях-с! Я вас чаем напою-с…
- Не стоит утруждаться, – Воропаев вошел вслед за ней и поманил меня, – мы только посмотрим.
Керосиновые лампы зажглись ярче, мохнатый черный гризли молодцевато отдал честь.
Помните «Косой переулок», где покупал всякий волшебный скарб Гарри Поттер? Логово Брунгильды напоминало один из таких колдовских магазинчиков. Котлы любых форм и размеров, в наличии и под заказ, стеклянные и хрустальные колбы, алхимическое оборудование. Яды, от пресловутого мышьяка и цикуты до «Поцелуя Смерти»; плащи, мантии и устойчивые к возгоранию балахоны; шкатулки и подсвечники, посуда ручной работы, сервиз китайского фарфора с изображенными на нем драконами.
- Чашечки нейтрализуют любую отраву, – пролебезила Брунгильда, закончив рассыпаться в извинениях и почуяв мой интерес. – Не бьются, не теряются. И цена пустяковая: девяносто семь тысяч-с, за девяносто пять отдам-с.
Я поспешила высвободиться из змеиных объятий колдунья и держалась поближе к Воропаеву. Не пляши над душой противная старуха, не преминула бы всё тут осмотреть и пощупать, а так хотелось поскорее выбраться отсюда и не возвращаться как можно дольше. Еще медведь этот у двери… Брр!
- Шкатулку Малахитовую продали?
- Неделю назад забрали-с, – огорчилась Брунгильда, – из Академии, ректору на двухсотый юбилей. За бесценок-с, плуты, выторговали, Грамоту показали. Как не продать-с? Представляете, хотели и наш папоротник цветущий забрать-с, а он, горемыка, засох! Ох, горе-горе, убыток-то какой!
- Жаль. А лунные камни почем?
- Зависит от веса и огранки. Они у нас как семечки-с расходятся, чуть ли не по сотне рубликов-с штука. Есть измельченные, порошком-с и крошкой.
«Зачем тебе лунные камни?» – удивилась я.
Ящик с сероватыми кусками породы, пыльными и неказистыми на вид, был наполовину пуст. Обычные камни, хоть простым зрением гляди, хоть магическим. Пускай их на луне наковыряли, но какая практическая польза?
«Дома расскажу. Ты лучше на ограненные погляди»
На черный жемчуг похожи, только каждая «жемчужина» размером со среднее яблоко. И стоят они как бриллианты императорской короны!
- Взвесьте нам тогда грамм триста лунной крошки и четыре необработанных камня.
- Сей момент-с, – старуха заскрипела ржавыми весами. – Успокой-траву брать будете-с?
- Нет, благодарю.
- Как знаете-с. Вы обычно по два кило брали-с, – противно хихикнула Брунгильда. – У нас нынче скидка на осиновые колья и пули с серебреными наконечниками-с. Не интересуетесь?
Артемий отрицательно покачал головой, качая за цепочку тусклый серебряный медальон.
- Взгляни, Вер, похож на бестужевский?
- Есть немного.
- Восемнадцатый век-с, – пояснила продавщица, упаковывая камни. – Серебро с примесями, работа неизвестного мастера-с. В магическом плане он бесполезен, глупая игрушка.
- И почем?
- Дарю-с. Своим бездельем мне всю ауру портит!
«Бесплатный сыр в мышеловке, э?»
От щедрого подарка отказались, хватит с нас и лунных камней. Ведьма разочарованно нахохлилась (навар желаемый не соответствовал действительному), но до дверей проводила.
Зато у добродушной Варвары Ромуальдовны отоварились всласть: купили сборов за бесценок, дубовой коры для Никанорыча, черники и три кило лесных орехов. Обошлось нам всё это даже дешевле камней. Ромуальдовна, знавшая Воропаева не один год, поинтересовалась делами общих знакомых и вручила мне расписную шкатулку.
«Бери, Варвара кого попало не одаривает. В таких шкатулках раньше травы хранили, чтобы не отсырели. Полезная в хозяйстве вещь»
- Ну и как тебе барахолка?
Мы брели по направлению к набережной, подыскивая место, откуда можно безбоязненно телепортировать. Арчибальд, тише воды ниже травы в магической лавочке, открыл крышку корзинки и тихонько урчал.
Я неопределенно пошевелила пальцами и выудила из пестрого вороха характеристик наиболее удачную:
- Мрачновато.
- Я так и думал. Посещение логова Брунгильды не входило в наш план, ничего стоящего там всё равно нет. Разве что иногда можно откопать что-нибудь по-настоящему интересное…
- А цветок папоротника и вправду исполняет желания?
- На Ивана Купалу, – подтвердил Артемий, – но не все, только мелкие. Игра не стоит свеч, Вер. Рискнула бы ради музыкального слуха всю ночь от русалок отбиваться? Зеленые, как лягушки, рыбой закусят, тиной для маскировки обвесятся и ждут. Петь для тебя не будут, а вот на дно утащат, как пить дать. Так русалочьи ряды и пополняются.