— Нет. Пусть все будет так как есть.
— Вот и прекрасно.
Она замолчала и на некоторое время пропала с экрана портативного видеофона, предварительно предупредив не прерывать связь.
Мужчина встал со своего места и медленно подошел к окну. Солнце уже почти полностью зашло за горизонт; виднелся лишь небольшой краюшек его горящего диска, утопавшего в многочисленных высотных домах, тянувшимися своими громоотводами к самому небу. Наступал вечер. Наверное самое приятное время суток, когда он мог избавиться от ненавистного света и молча посидеть в темноте, обдумывая то, что ему пришлось и вскоре придется сделать.
Каждый раз, задвигая широкую штору и усаживаясь в привычное коричневое кресло, его начинали мучить мысли о прошлом. Они как старый черно-белый видеофильм, пробегали мимо его глаз, поднимая из глубин памяти все самое сокровенное и тайное, что долгие годы он старался спрятать в самый дальний угол своего разума. Вот и сейчас все происходило именно так, разве что время для этого наступило немного раньше обычного. Солнце еще не уступило место Луне, а внутри что-то неведомое уже начало свою трапезу. Оно грызло его, с каждой секундой все сильнее пробуждая у самого себя аппетит.
«Это каннибализм». Вновь поймал он себя на мысли.
«Нельзя до самой смерти мучить себя мыслью о том, что ты мог поступить иначе. Не так как в тот момент. Совершенно по-другому. Почему? Ведь время упущено. Оно ушло очень давно и не оставило возможности вернуться.»
Он думал над этим там много раз, что потерял счет всем этим дням. Но история имеет свойство повторяться. Горг понимал, что время придет и предоставит ему вторую попытку, вопрос был лишь в том, когда это должно было произойти и как он поступит в этот момент.
— Ты все еще там?
Женский голос прервал его размышления. Он вернулся к креслу и, сев на него, поднес к лицу горящий синим светом экран дисплея.
— Да, я здесь.
— Так вот. Я тут подумала, ты в чем-то прав, говоря о том, что был уговор. Наверное, я пойду тебе навстречу и не стану нарушать установленные правила. Найму другого…
— Не стоит. — он резко перебил ее слова, чем вызвал у женщины неприкрытое удивление. — Можешь все мне рассказать.
— То есть ты согласен?
— Да.
— Но ты ведь даже не знаешь что от тебя требуется.
— Когда это меня останавливало.
— Но ты ведь…
— Хватит! — он чуть было не крикнул. — Брось все это. Я готов работать. Что у тебя.
Несколько секунд она не решалась начать говорить. Сомнения все еще не давали ей покоя, однако решительность Георгия перевесила чашу весов и она постепенно начала выдавать детали будущего задания.
— Как ты понимаешь, мое руководство очень обеспокоено поведением людей в Трущобах, особенно этим мессией. Кто он? Никто не знает. Его даже не видели, а уже пророчат будущие изменения в мире.
— Что ты от меня хочешь? — спросил Горг, потянувшись в карман за сигаретой.
— Узнай кто это? Где он находится и каковы его цели?
— С каких это пор нищие работяги стали так интересовать руководство?
— Не знаю. Не задавай мне подобных вопросов. И ты, и я простые исполнители, только на разных ступенях. Меня не посвящают в детали причин подобных решений, поэтому и ответить на твой вопрос я не могу. Просто сделай так как я тебя прошу и награда не заставит тебя долго ждать.
— Ну хорошо, — он глубоко втянул в себя сигаретный дым. — А если я найду его, что тогда?
— С тобой увидится Кларк, он встретит тебя у бара «Клин» на втором перекрестке, и подробнее расскажет ситуацию. В том числе и такие нюансы.
— Он здесь? Почему ты мне не сказала?!
Горг чуть было не подпрыгнул на месте. Мысль о том, что его бывший соратник находится в Трущобах чуть не взорвала все внутри него.
— Я не хотела говорить об этом раньше времени. Приберегла для особого случая.
— И вот он настал? Я прав.
Женщина молча кивнула. Картинка на дисплее опять начала искажаться, отчего лицо стало почти неразличимым из-за многочисленных помех. Однако звук все еще исправно работал.
— Я больше не могу говорить, Георгий. Просто выполни мою просьбу.
Она попыталась еще что-то сказать, но шум помех поглотил ее слова, превратив в месиво из шума и треска. Мужчина выключил видеофон и отложил в сторону.
«Кларк. Чертов сукин сын.»
До сих пор он думал, точнее говоря, был почти уверен, что их пути никогда больше не пересекутся и он не увидит его снова. Но жизнь поставила другие условии, и теперь ему все-таки предстоит его увидеть.