Затем появились врачи. Обступив женщину и осмотрев ее, они приказали поднять ее тело и быстро отправить на низ, где их уже ожидала карета скорой помощи. Они не видели ее. Никто из тех, кто сейчас работал, охранял или просто находился рядом в этом помещении, не видел маленькую девочку, стоявшую у самой стены и внимательно наблюдавшую за происходящим. Наконец, они ушли. Все… кроме одного. Сергей прибежал на крики последним. Небритый и не выспавшийся, он стоял в дверном проеме и у корпуса настенных часов, что своим мерным ходом отбивали уже второй час ночи, он вдруг обернулся в ее сторону и направился к ней. Его глаза стали красными, руки сжались в кулаки, а все тело было готов взорваться от ярости, которую он испытывал по отношению к этому странному, но такому важному в его жизни человеку.
— Ты! — он резко выбросил руку вперед. — Это все твоих рук дело!
Она молчала.
— Я знаю чего ты добиваешься. Тебе меня не обмануть! — шипел он сквозь зубы.
— Правда?
— Да! — выкрикнул он. — Ты хочешь уничтожить меня! Так же как я когда-то своего отца. Ты хочешь мести?
— Возмездия!
Это был крик от которого побледнел даже Сергей. Громогласный, подобный на взрыв, он вырвался из хрупкой грудной клетки и с невероятной скоростью разлетелся в пространстве, отбиваясь от высоких стен, как мяч от преграды. Она шагнула вперед навстречу ему, но мужчина отступил. Страх наполнил его до самого верха и ярость, пылавшая до этого внутри него, испарился в ту же секунду.
— Ты смеешь обвинять меня в том, чего сам не понимаешь. Ты глупец, возомнивший себя властителем всего мира. Я здесь для того, что бы вернуть все на свои места. Сейчас ты не увидишь этого. Твой будущий позор будет сравним только с твоим прошлым триумфом. У тебя не будет ничего. Ни денег, ни власти, ни друзей, которые погибнут смертью последнего нищего. Ты ощутишь все, на что обрек когда-то своего отца.
— Нет! Этого не может быть. Это никогда не случиться!
— Почему?
— У тебя нет таких возможностей.
От этих слов она рассмеялась. Громкий женский голос вырвался наружу и вдруг стал таким знакомым, что Сергей замолк, дабы повнимательней прислушаться.
— Узнаешь меня.
«Опять этот голос!» — подумалось ему.
— Не трать свои силы. Я не буду мучить тебя загадками и покажу тебе все. От чего ты так долго пытался убежать.
Девочка вышла вперед. Ее лицо в свете настенных бра вдруг стало кардинально меняться. Тело вытянулось и слегка распухло, придав новому существу очертания взрослой женщины. Густые каштановые волосы спали ей на плечи, длинная туника покрывала почти обнаженное тело, а ноги, босые и белые как у маленького ребенка, ступили на голую плитку. Метаморфоз произошел быстро. Всего каких-то пару секунд назад он видел девочку с растрепанными волосами черными бездонными глазами, лишенными зрачков и от этого казавшимися бесконечными, а теперь, прямо перед ним стояла взрослая женщина, лицо которой он еще не успел забыть.
— Этого не может быть. Ты…ты мертва.
Оливия была выше него. Молча пройдя возле, окаменевшего от увиденного, мужчины, она зашла за стол и остановилась у самого края.
— Тебя это удивляет, Сергей? Неужели после ста с лишним лет жизни ты не разучился это делать?
Ответа не последовало. Сергей до сих пор не мог поверить в увиденное и продолжал наблюдать за женщиной стараясь убедить себя в том, что все это ему лишь привиделось. Он сделал глубокий вдох, задержал воздух внутри себя и после резко выдохнул. Затем, зажмурив глаза, открыл их и сильно, почти до боли, начал растирать веки руками. Но результат остался прежним — женщина все также стояла возле стола, наблюдая за ним и выжидая минуту для собственного выхода.
— Не утруждайся — это тебе не поможет.
— Я схожу с ума?
— Нет. — коротко ответила она. — Все реально.
— Но как? Ты ведь мертва. Как такое может произойти?
— Важно вовсе не «как», а «почему».
Он промолчал, медленно отходя назад, пока не уперся спиной о противоположную стену.
— Все вышло не так как ты хотел — верно? Убив меня, ты не решил проблем, а только усугубил их. Люди не стали тише, мирнее, послушнее, наоборот, это стало катализатором их ненависти к тебе, к тому мироустройству, которое ты воздвиг за их счет.
— Чего ты хочешь?
Он спросил дрожащим голосом и тут же почувствовал на своем теле легкое прикосновение холодного ветерка. Взгляд упал на электронный термометр, висевший в углу комнаты — он показывал плюс двадцать пять, но тело его почему-то тряслось от нарастающего холода внутри него. Мышцы встрепенулись, кожа стала гусиной; Сергей обхватил себя руками и стал сжимать себя все сильнее в порыве сохранить живительное тепло.