Но Ева не сдаётся. Она припоминает уроки Айзека, и в последний момент, когда охотница делает выпад, Ева ныряет вниз, уходя от удара. Её рука выхватывает свой шприц, и она втыкает его в бедро женщины, та почти не реагирует.
Ева не медлит. Она отталкивает женщину и мчится прочь. Бежит, не оглядываясь, её сердце колотится, а в груди горит смесь триумфа и страха. Когда добегает до очередного мотеля, запирает дверь, дыхание тяжёлое, но ровное. Она смотрит на свои руки — они дрожат, но не от слабости, а от осознания. Последний мутаген использован.
***
Ева стоит у стены мотеля. Ночь тихая, только лёгкий ветер шепчет в ветвях деревьев, да редкие машины гудят вдалеке. Её пальцы сжимают смятый пакет с остатками еды — кусочки хлеба, немного сырого мяса, что она утащила из магазина, пока платила за молоко. Слух напряжён, выискивая звуки, но сейчас она не думает об охотниках. Её взгляд прикован к движению у мусорных баков — там мелькает небольшая тень.
Кошка, чёрная, как сама ночь, с потрёпанной шерстью, торчащей клочьями. У неё нет ошейника, никаких следов хозяина — только дикий, настороженный взгляд жёлтых глаз, что блестят в темноте. Ева замечает её уже третий вечер подряд. Сначала кошка шипела, отступая при виде её, но каждый раз возвращалась, привлекаемая запахом пищи, что Ева оставляла у стены.
Сегодня Ева садится на корточки, её движения медленные, чтобы не спугнуть. Она разрывает пакет, выкладывая кусочки хлеба и мяса на картон, найденный у мусорки. Кошка наблюдает издалека, её уши прижаты, хвост нервно подёргивается. Ева шепчет, голос мягкий, почти как шёпот ветра:
— Иди сюда. Я не причиню тебе вреда.
Животное не приближается, но и не убегает. Ева терпеливо ждёт, её пальцы теребят амулет на шее. Она чувствует странное родство с этим существом: обе дикие, обе выживают в этом городе, где каждый шаг может стать последним.
Проходит несколько минут. Кошка делает шаг вперёд, её лапы ступают бесшумно по асфальту, но глаза всё ещё насторожены. Ева замирает, не шевелясь. Наконец, животное подбирается к картону, быстро хватает кусок мяса и отступает, забираясь на бак, чтобы съесть добычу, но не спускает с Евы глаз. Ева улыбается — чуть грустно, но искренне.
— Мы не сильно отличаемся, — шепчет она. — Я такая же бездомная, как и ты.
На следующий вечер Ева снова выходит с пакетом еды. Кошка уже ждёт у стены, её потрёпанная шерсть чуть лоснится от ночной росы. Ева садится на землю, скрещивая ноги, и выкладывает мясо, не делая резких движений. Кошка приближается быстрее, чем вчера, но всё ещё держится на расстоянии. Ева протягивает руку, но не пытается прикоснуться — только показывает, что не угрожает. Животное нюхает воздух, затем осторожно берёт кусок мяса, но не убегает. Ева чувствует тепло в груди — маленькую, но настоящую победу в этом холодном мире.
К третьему дню кошка уже позволяет Еве сидеть ближе. Её потрёпанная шерсть всё ещё выглядит грубо, но глаза теплеют, когда она видит Еву с пакетом. Ева кладёт еду прямо перед собой, и кошка, помедлив, подходит, её нос почти касается пальцев Евы, но она не двигается, лишь шепчет:
— Ты теперь моя, да? Или я твоя.
***
Дни тянутся, как цепь серых облаков, что висят над городом, не давая солнцу пробиться. Ева бродит по улицам, выискивая угрозы. Охотники не оставляют её, но она избегает их — мутагенов больше нет и нарываться бессмысленно. Нужно заработать на новые порции, но вряд ли её будут рады видеть в барах после того, как она отпустила Максима (интересно, как он там).
Ева учится исчезать. Ныряет в переулки, растворяется в толпе, чтобы ускользнуть из поля зрения охотников. Она не даёт им шанса, становится тенью среди теней, растворяясь, как дым, наблюдает за ними.
Большинство охотников возвращаются в свои квартиры — скромные в жилых районах, где шторы опущены, а окна темны. Ева отмечает адреса, запоминает лица, но ничего не предпринимает. Её любопытство — как голод, что гложет изнутри, но она ждёт, выжидает. Однако некоторые охотники идут не домой. Они направляются к офису — старому зданию на окраине, с затемнёнными окнами и строгой табличкой, которую Ева не может разглядеть издалека, но чует — там их штаб.
Сегодняшний вечер холодный, с лёгким ветерком, что треплет её волосы. Ева идёт за очередным охотником — мужчиной в чёрной куртке с короткими светлыми волосами. Он идёт быстро, но не оборачивается, уверенный, что она не осмелится приблизиться. Она держится на расстоянии, прячась за машинами, деревьями, тенью домов. Её слух ловит его дыхание, стук ботинок по тротуару. Он сворачивает к тому же офису, и Ева раздражённо вздыхает: «Опять? У вас других общих мест, что ли, нет?»