— Ты не виновата, — говорит она тихо. — Это было неудачным стечением обстоятельств.
Агата грустно улыбается. Они стоят у ларька, море шумит за спиной, и Ева чувствует, как тяжесть в груди немного отпускает. Агата обнимает её. Впервые за долгое время Ева ощущает, что не одна.
***
Ева и Аннабель сидят в квартире. Утро солнечное, море зовёт прохладой и шумом волн, доносящихся через открытые окна. Ева с энтузиазмом копается в шкафу, разбрасывая одежду. Шкаф полон вещей, но её купальник нигде не виден. Она хмурится, бормоча себе под нос:
— Куда он подевался?
Аннабель, сидящая на диване с полотенцем в руках, поднимает голову и спрашивает:
— А как он выглядит? Может, я где-то видела.
Ева, не оборачиваясь, тянет руку к телефону на столе и протягивает его подруге.
— Посмотри в галерее, найди фото. Я пока поищу в других местах, — говорит она, ныряя в ящик комода.
Аннабель берёт телефон, пальцы скользят по экрану, перелистывая снимки. И в какой-то момент она прищуривается, её губы изгибаются в удивлённой улыбке.
— Эй, Ева, — зовёт она, — а кто этот парень? Он очень похож на старшего из нашего детдома, когда нам было по тринадцать. Помнишь?
Ева оборачивается, её руки замирают над стопкой одежды.
— Кто? — спрашивает она, подходя ближе.
Аннабель показывает ей фото, и Ева смотрит на Илиаса, её сердце пропускает удар. На экране — фотография, сделанная тайком: Илиас стоит в заброшенном складе, его длинные чёрные волосы собраны в хвост, открывая разноцветные глаза — карий и голубой. Ева не помнит его в детдоме, но слова Аннабель цепляют.
— Кажется, его как-то обзывали, — продолжает Аннабель, — А, вспомнила! Его называли «Хаски». Из-за глаз. Он был старше нас и в какой-то момент покинул детдом.
Ева хмурится, её мысли кружат. Она не помнит такого, но если это действительно было с ним, это могло бы частично объяснить его ненависть к людям. Насмешки, одиночество — всё это могло оставить глубокий след. Но она качает головой, отмахиваясь:
— Наверное, просто похож.
Хотя внутри её гложет сомнение. Она возвращается к шкафу, продолжая поиски, но мысли уже не о купальнике. Если Илиас был тем самым старшим, если его дразнили и отвергали, это могло сформировать ту холодную броню, что теперь всегда с ним. Ева вздыхает, отбрасывая рубашку, и решает не зацикливаться — пока что. Купальник так и не находится, и она смотрит на Аннабель, смеясь:
— Придётся в шортах нырять. Потом уже куплю новый.
Аннабель качает головой и говорит с лёгкой насмешкой:
— Ева, ты тут всего год, а уже успела разбросать и потерять все свои вещи. Это что-то невероятное!
Ева оборачивается, её глаза вспыхивают возмущением. Она выпрямляется, уперев руки в бёдра, и отвечает с ноткой обиды:
— Да ладно тебе! Эта квартира слишком большая, вот и всё! — она указывает на комнату. — Посмотри на эти комоды. А шкаф? Он занимает всю стену. Я даже не могу дотянуться до верхних полок! Это не моя беспечность, это просто хаос пространства!
Она тянется выше, всё ещё надеясь найти купальник, и в этот момент что-то падает ей на голову. Ева хватается за лоб и смотрит вниз — на полу лежит конверт, тот самый, что дала ей София перед отъездом. Ева поднимает его, удивляется своей рассеянности и суёт конверт в карман.
Аннабель смеётся, поднимая руки в знак капитуляции, и Ева, фыркнув, поворачивается к кухне. Она берёт банку с кормом для кошки и открывает её, выкладывая еду в миску. Ночь потягивается, медленно подходит к миске, мурлыча, и начинает есть, пока Ева улыбается, гладя её по голове.
— Ладно, готово, — говорит Ева, вытирая руки. — Пойдём уже к морю? А то ты приехала только на два месяца — они быстро пролетят, и мы даже нормально не поплаваем.
Аннабель кивает, пряча улыбку, и они выходят.
День пролетает незаметно. Вечер опускается на Амарин, окрашивая небо в мягкие оранжевые и розовые тона. Ева и Аннабель сидят на берегу, волны тихо плещутся у их ног, а лёгкий бриз играет с волосами.
— Пора обратно, у нас уже закончилась вода, — говорит Аннабель, выбрасывая пустую бутылку.
Ева смотрит на подругу и говорит с улыбкой:
— Возвращайся в квартиру. Я скоро приду, просто посижу тут ещё немного.
Аннабель кивает, поднимая полотенце и сумку.
— Не задерживайся, — отвечает она и уходит, её фигура становится меньше с каждым шагом.
Ева остаётся одна, подтягивая колени к груди. Она смотрит на море, чувствуя, как её сердце наполняется покоем. «Я и правда обустроилась», — думает она, ощущая, что нашла своё место. Её пальцы нащупывают под полотенцем конверт от Софии, и она решает, что пора его открыть.