Ева шагает впереди Максима уверенно, пистолет в руках даёт ей ощущение контроля. Они пробираются через тёмный коридор, её сердце колотится от ожидания, что скоро всё закончится. Но сбоку раздаётся шорох и, прежде чем она успевает обернуться, что-то тяжёлое обрушивается на её затылок. Мир взрывается болью, и она теряет сознание, падая на холодный бетон.
Чувства медленно возвращаются. Ева ощущает тугое давление на запястьях и лодыжках — её связали верёвками, и она лежит на полу в каком-то сыром помещении. Максима рядом нет, и паника пробирается в её грудь. Она слышит голоса — трое мужчин, их шаги эхом отдаются в комнате. Пистолета у неё уже нет, и она чувствует себя беспомощной. Мужчины говорят приглушённо, но она всё равно их слышит, будто её слух стал лучше:
— Эта девчонка нам не нужна. Надо от неё избавиться, завтра уезжаем.
— Сделай это быстро, — добавляет другой, и Ева слышит, как шаги приближаются.
Она замирает, шок сковывает тело. Страх овладевает ею, дыхание учащается, и она понимает, что её жизнь на грани. Мысли мечутся: Ночь, ждущая в приюте, обещание вернуться. Если она не придёт за ней, то это будет ровно таким же предательством, как поступили и с ней самой, оставив в детдоме. Она не может так поступить, не может оставить её одну. Сквозь подступающие слёзы она ощущает решимость. Нельзя здесь умирать. Гнев поднимается из глубины, горячий и неконтролируемый, и этот гнев пробуждает что-то внутри — силу, которую она считала потерянной.
Ева натягивает верёвки, а потом расслабляет, повторяет это, пока не чувствует, как они ослабевают, и освобождает руки и ноги резким рывком. Она не понимает, почему снова испытывает зуд в горле, такую отдалённо знакомую жажду… жажду крови. Она ощущает себя иначе и осознаёт, что вновь стала вампиром, антидот перестал действовать. Но вместо страха её охватывает странная радость, губы изгибаются в лёгкой улыбке, и она чувствует, что так и должно быть. Эта сила — часть её, и теперь она принимает её с облегчением.
Один из мужчин, высокий с тёмной бородой, подходит к ней, доставая нож. Ева действует мгновенно. Её сила ещё не полностью восстановилась, но движения уже стали быстрее. Она вскакивает и хватает его за руку, выкручивая запястье. Мужчина кричит, роняя нож, и она тянет его к себе. Её клыки впивается в его плечо, чувствуя, как тёплая кровь заполняет рот. Жажда немного утихает, а сила возвращается с каждым глотком. Мужчина перестаёт сопротивляться, и Ева отпускает его, вытирая губы.
Второй пытается убежать, но она хватает его, её глаза горят. Он тут же падает на колени, умоляя:
— Не трогай, я скажу, где парень!
Мужчина, бледный от страха, указывает на длинный коридор, где в конце виднеется слабый свет. Ева бросается туда и находит Максима — снова связанного, с тряпкой на рту, у него усталый взгляд. Она срывает тряпку и развязывает верёвки, её пальцы дрожат от вернувшихся сил.
Максим встаёт и хрипло произносит:
— Как же меня достала эта жизнь, как будто я трофей…
Ева замирает на мгновение, брови сходятся в недоумении. Она выпрямляется, глядя на него, и её голос звучит холодно и твёрдо:
— Ты не рос в детдоме, где каждый день — выживание. У тебя было всё, что ты захочешь.
Максим опускает взгляд, его плечи никнут.
— Прости, — шепчет он тихо.
Ева взрывается, её голос эхом отскакивает от стен:
— Извинения не изменят прошлого! Лучше возьми себя в руки и пошли!
Максим молча кивает, его лицо заливается краской стыда. Ева поддерживает его, и они медленно идут по тёмному коридору. Вокруг тихо, посторонних движений она не улавливает.
— Зачем ты меня спасла? — тихо спрашивает Максим. — Ты рисковала собой.
Ева замедляет шаг, её взгляд устремлён вперёд, в темноту коридора. Она молчит несколько секунд, словно собираясь с мыслями, а затем отвечает, голос звучит твёрдо, но с лёгкой дрожью:
— София рассказала мне, что она моя мать и у нас с тобой один отец.
Максим замирает на месте, его рука сильнее сжимает её плечо, а глаза расширяются от удивления. Он смотрит на Еву, пытаясь осмыслить услышанное. Тишина между ними становится почти осязаемой, но вдруг на его губах появляется слабая, но искренняя улыбка.
Они продолжают идти, и вскоре впереди появляется свет. Выходя на улицу, их тут же встречает резкий блеск мигающих машин, но без сирен. Полицейские автомобили выстроены полукругом, а несколько офицеров в форме стоят в ожидании. Увидев Еву и Максима, двое быстро приближаются, один из них резко командует: