А прокололся Полтаха случайно. Оказалось, что у папы есть на работе мастер, хохол, уехавший вначале из Чечни, а потом из Махачкалы. Он Дагестан знал как свои пять пальцев. Монтажником там каким-то работал. Отец на работе обмолвился, что есть, мол, еще один бегун-беглец, и тот захотел встретиться. Не поленился в школу прийти и с Полтахой побеседовать. Интерес у него был. Беседовал он долго и потом сказал, что парень-то привирает. Ни в каком Дагестане он в жизни не был, разве что в Ставрополе или в Минводах. Отец уши навострил. У него знакомый в военкомате, друг детства. Тот справки навел, и оказалось, что никаких Полтавских город не ждет вовсе. То есть казачок-то засланный. Это за мной, видимо, присматривать. А он и присматривал, как я потом убедилась. Глаз не спускал. Юный друг чекистов.
За мной следили как-то аккуратно. Или я по малолетству не могла понять, где шпион, а где просто прохожий. Больше на улицу Перцева я не ходила, а вскоре и парень исчез. Римма объяснила, что родителей в другой город переводят.
Дядя Ваня скорее всего должен был выйти на меня. Я девушка молодая, по городу могу перемещаться в самых непредсказуемых направлениях. Тем более что те несколько часов, которые мы провели в беседах и размышлениях у Славика Баранова, совершенно выпали из всех оперативных планов и отчетов. Значит, не все потеряно. От этого старшие товарищи так и прикалываются. И верят моим байкам «из склепа», наверное, наполовину, Ну не идиоты же они?
Серьезный наезд на меня произошел через самого невинного человека. Кожухова вдруг пустилась в ностальгические воспоминания о том, как я у нее тогда отсиживалась, о том, что везет же людям и что да как. Пригласила домой. Я пошла. Скучно мне и одиноко. У Кожуховой мы вначале джин баночный пили, а когда приторчали, к предкам в бар наведались. Там джин оказался настоящий. Целая бутылка большая и почти нетронутая. Мы себе отлили граммов сто, а в бутылку долили водки. Вышло почти незаметно. Потом с соком развели его и еще приторчали. Смотрели видик. Полный джентльменский набор. Только Кожухова мне в душу полезла. А правда ли, что у нас с Дядей Ваней нежные отношения? Нет, она ничего такого не думает, но старикан-то уж точно неровно дышит. Или дышал. А где бы он мог сейчас быть? А кто его знает. А потом я засобиралась и ушла.
Зачем папе эти тексты? Зачем мне? А дядя Ваня может с ними новую жизнь начать. Когда я в первый раз принесла ему страничку, он усмехнулся, попросил разрешения оставить ее до завтра. Потом я все их перетаскала по одной. Наконец решено было их отксерить.
Когда он решил фрагмент в газете опубликовать, должно же было что-то произойти? Сон какой-нибудь. Предчувствие. Грипп или ангина. Нет. Ничего не произошло. Значит, так было предначертано в Книге судеб, А то, что он попросил разрешения подписаться фамилией и именем папы, объясняется, как он сказал, некоторым образом этикой. Как бы неэтично ему свою работу в районной газетке публиковать, даже по частям. Подражание Нострадамусу, попытка вольного перевода как бы… А сделал он это, чтобы проверить кое-что. Событие одно. Уж больно точное попадание по месту и персоналиям. В солидную громкую газету такое бы не взяли, а в нашу грех не взять. Вот и вышло черт знает что.
Дядя Ваня на дне
Пройти мне предстояло метров триста. Слава Баранов времени даром не терял. Жил он теперь исключительно халтурами. Подрядами — как он называл это. Еще накануне Баранов от работы в особнячке на Третьей Красноармейской отказался. Можно было пуп надорвать за два куска. Но теперь, искренне желая помочь своему другу, вколотившему-таки в него три сотни слов на манящем, но так и несбывшемся французском языке, а скорее, из благодарности, за неоказание интимно-мстительных услуг Анжелке, работу взял. Никакой мебели в особнячок еще не завозили. Предстояло срезать одни стояки, ставить другие, так как все стены, кроме несущих, были снесены. Предлагалось и Славику участвовать в строительстве, но он сослался на то, что сварное дело — его хлеб, сантехника — маргарин, а строить стены и малярить как бы и можно, но лучше он найдет недорогих классных работяг. На том и порешили. Ключи от особнячка были Славику бандюганами этими выданы, материалы завезены, а аппаратик сварочный, бытовой, но усиленный и усовершенствованный у него был свой. В этот-то особнячок и отправил меня Славик.