– Да уж, ты не просто неудачник, ты самый настоящий кретин и идиот! Променял свою работу на свидание с вайрой!
– Это была не моя работа…
– Тем более, Дейт! Это даже была не твоя работа!!! Я тебе уже говорил: твоя дотошность и исполнительность выходит тебе боком. Ты действительно этого не понимаешь?
– Я такой, какой есть. Поздно уже что-то в себе менять.
– Никогда не поздно начинать работать над собой, брат. Просто ты боишься перемен. Признайся уже себе, что ты просто трусишь менять что-то в своей скучной жизни. Ну, давай, скажи мне, что я не прав?!
Каждое слово Ювена было точно в цель. Он всегда говорил то, что думал. И практически никогда не ошибался. Вот и сейчас бил своей правдой наотмашь, пытаясь добиться от меня понимания.
– Я понимаю, что ты прав. Во всём прав. Но я не могу взять и по щелчку пальцев измениться. Это… сложно.
– Дейт, все твои проблемы от того, что ты слишком много думаешь. А ещё из-за того, что ты до противного правильный. В твоей голове слишком много загонов, которые мешают тебе нормально жить.
– Что поделать, такой тебе брат непутёвый достался… – усмехнулся я в ответ и залпом осушил стакан с плескавшимся на дне бринтом.
– Ты безнадёжен… – тяжко выдал Ювен. – Я не буду смотреть на то, как ты гробишь свою жизнь. Так что позволь откланяться.
Брат резво спрыгнул со стула и стремительно покинул заведение, не обернувшись ни разу в мою сторону. Впрочем, я на него не в обиде. Знал же, что наши «посиделки» этим закончатся. Просто кроме брата мне всё равно некого было звать. Как-то с друзьями и товарищами у меня не заладилось. Ну и ладно. Посижу ещё немного здесь и домой отправлюсь.
Но моим планам не суждено было воплотиться в действительность. Спустя пару минут после ухода Ювен позвонил мне и что-то невнятно начал объяснять.
– Дейт, быстро дуй ко мне! Я недалеко от бара, за углом в каком-то тихом дворе. Тут вайра без сознания!
Я ничего не понял, но быстро рассчитался за выпивку и поспешил на поиски брата, которого обнаружил в том самом тихом дворе, где я припарковал свой автофлир. Пришлось, конечно, немного побродить по округе, прежде чем я наткнулся на Ювена. Он сидел прямо на пыльном тротуаре, склонившись над телом вайры. Подойдя ближе к брату, я с ужасом и недоумением узнал в бессознательной вайре Айлину. Ещё пару часов назад она обаятельно и бодро улыбалась какому-то вайру в ресторане, а сейчас словно сломанный борт-робот не подаёт признаков жизни. Что с ней произошло? Неужели кто-то напал?
– Ювен, что стряслось?
– Сам без понятия. Я вышел из бара, услышал женский вскрик, потом шум какой-то непонятный. Решил проверить на всякий случай, может, помощь кому нужна. Ну, оказался в этом дворе, а тут видишь, вайра на тротуаре лежит. Рядом никого, только она без сознания. Как-то так всё было.
– Ты медиков вызвал?
– Вызвал, конечно. Сейчас должны уже прибыть.
И действительно, через считанные минуты тихий до этого двор заполонил звук сирены медмобиля. Напряжённые врачи осторожно переложили вайру на носилки и унесли в свой транспорт, где после провели осмотр.
– Что ж, с вайрой всё в полном порядке, сейчас же она всего лишь спит. Скорее всего, это действие снотворного. Сильнодействующего. Но в остальном она чиста, как младенец. Можете забирать свою подругу домой, в больницу вести её смысла нет, – выдал вердикт немолодой мед. работник, вышедший к нам после осмотра вайры Айлины.
– Но она не наша… – попытался было возразить я, но попал под перекрестный огонь взглядов. С одной стороны меня прожигали осуждением глаза брата, с другой – врача, только вместо осуждения он палил в меня своим безразличием к чужим проблемам и усталостью.
– Забирайте свою вайру или мы будем вынуждены отправить её в ЦПП, – категорично заявил врач и в ожидании ответа уставился на меня.
– Да, конечно, я заберу её. Спасибо за оперативность, – ответил вместо меня Ювен и пошёл в сторону медмобиля.
Он вернулся уже с вайрой на руках. Она так трогательно смотрелась на фоне крупного, тренированного тела брата, что я немного подзавис.
– Если ты и дальше будешь продолжать вести себя как кретин, даже я могу не выдержать. Вроде бы ты старший из нас, а ведёшь себя так, будто лет пять от роду.