Выбрать главу

– Что?! Так ты и для него... теана?!

– Представь себе! Только в отличие от тебя, Эльмас искренен и честен со мной и, самое главное, с собой. А ты сначала научись понимать себя, Вилорт. Может, тогда хоть немного образумишься…

– Да я…! Да пошли вы все! Ненавижу! – взбесился муженёк не на шутку, а после резвой лошадкой выскочил из комнаты. Вот больной ублюдок! Неуравновешенный! Да его лечить нужно! И от общества изолировать! Но куда там, он же важный перец, ему всё сойдет с рук!

– Вайр Дейт, извините, что вам пришлось стать свидетелем этого шоу… – обратилась я к замершему в центре комнаты мужчине.

– Вайра Айлина, объясните мне, пожалуйста, что здесь происходит. Чтобы я смог вам помочь, – после недолгого молчания ответил он.

– Хорошо, я постараюсь всё объяснить. Только сначала помогу Эльмасу обработать его ссадины.

Визуализация Дейта)))

Глава 30. Обещание

Айлина

Пока заботливо кружусь над Эльмасом, прожигающим меня восхищенным взглядом, вайр Дейт куда-то выходит, обещая быстро уладить кое-какой вопрос и вернуться ко мне. А я только заторможено ему киваю, от волнения закусываю нижнюю губу и приклеиваю своему хвостатику обеззараживающий пластырь на висок.

– Ты мне брата напоминаешь… – задумчиво тяну, намазывая заживляющей мазью кровоточащую мужскую губу.

– Брата? – удивленно переспрашивает Эл, немного морщась от неприятных ощущений из-за нанесенной мной мази.

Заканчиваю обрабатывать его ссадины и теперь просто рассматриваю волею Вселенной связанного со мною на всю жизнь теагруммца. Неспешно веду подушечками пальцев по гладкой коже на лбу, разглаживаю морщинку между бровей, касаюсь кончика прямого носа. Вглядываюсь в удивительно …глаза, в отражении которых можно разглядеть мой образ с растрепанными ото сна волосами и синяками под глазами. Веду пальцами дальше, очерчивая скулу, гладкий подбородок, прохожусь по контуру губ. Слышу, как мужчина шумно сглатывает и стискивает челюсть слишком сильно. По его телу уже вовсю гуляют эти теагруммские необыкновенные узоры, вспыхивая яркими молниями то тут, то там. Сейчас эти узоры меня не напрягают, наоборот, завораживают. А ещё подкупает, что Эльмас не предпринимает попыток меня подмять под себя, унизить и задеть побольнее, как постоянно делает Вилорт. Что старается не давить на меня своими желаниями, коих, уверена, у него предостаточно. Что никуда не торопит меня, да и вообще, ни к чему не принуждает. Что просто позволяет мне быть самой собой: слабой, беззащитной, глупой и безумно уставшей от всех судьбоносных виражей девушкой

– Да… Мой брат, Димка, боксом занимается, поэтому часто с синяками и ссадинами домой приходит. И я его всегда лечу, прямо как тебя сейчас, – тихо-тихо рассказываю, не замечая, как на глазах наворачиваются слезы.

Скучаю безумно по своей семье. По маме и брату. Хочу обнять их крепко-крепко и никогда больше не расставаться.

– Не плачь, моя маленькая теана, ты их обязательно увидишь ещё, – успокаивающе шепчет Эл, притягивая меня в свои объятия. Поднимает моё неумытое лицо и с самым серьезным видом целует во влажные от слез щеки, медленно опускаясь к приоткрытым губам.

На мгновение теряюсь, не знаю, как реагировать на предстоящий поцелуй. Но ласковое касание мужских губ сметает все сомнения в сторону. И вот я уже сама тянусь за этими губами, сама зарываюсь пальцами в синеватую шевелюру Эльмаса, сама позволяю его горячему языку хозяйничать у себя во рту. А он со стоном наслаждения впивается в мои уста, сжимая меня за талию своими горячими ладонями, но дальше поцелуя не заходит. И у меня в душе разливается какое-то особенное чувство нежности и трепета к этому мужчине.

– Спасибо, – утыкаясь носом в мужскую шею, выдыхаю я.

Он трепетно поглаживает меня по спине, удерживая на своих коленях, а я доверчиво прижимаюсь к его тренированному торсу, вдыхая неповторимый запах мужчины. Моего мужчины. Именно сейчас, наконец, принимаю и признаю это.

– Расскажи ещё что-нибудь о себе, – просит Эльмас после недолгого молчания, оплетая своим мягким хвостом мои ноги. От его слегка хрипловатого голоса и будоражащих кровь поглаживаний у меня внизу живота всё начинает трепетать.

– Даже не знаю, с чего начать… Я была обычной, ни чем не примечательной девушкой. У меня никогда не было особых талантов и стремлений. Когда была ещё ребенком, мама пробовала меня водить на танцы, которые мне не особо нравились. Потом было сольфеджо, вокал, рисование, даже борьба, но я не чувствовала на этих занятиях себя на нужном месте. И тогда мама перестала меня таскать по кружкам, а я этому только рада была. Стала почти все свободное время проводить дома. Помогала маме с братом, потому что сразу после его рождения наш отец ушёл из семьи. Встретил другую женщину, потерял голову от любви, ну, все по классике, в общем. Мне, конечно, очень обидно было первое время, что он так поступил с нами. Но потом как-то притупилось это чувство, да и не умею я долго обижаться. Так и прошло моё детство. Оно было счастливым, это я уже сейчас понимаю. И всё было так предсказуемо и понятно. Учеба, работа, возможно замужество и дети, тихая старость и десяток грядок на дачном огороде. А сейчас… Страшно представить, что будет завтра.