Пришлось возвращаться… на четвереньках. Как мой недавний любовник, на первый взгляд чистокровный тэнкварт, не проснулся от, производимого мною во время поиска карточки, шума — я не знаю. Но мне все же удалось ускользнуть незамеченной, подождать пока закроется с легким скрежетом старая дверь и даже успеть забросить обратно на пол прихожей, во все еще открытый проём тщательно оттертую от собственным отпечатков, карточку.
Больше я своего нежданного любовника не видела… До сегодняшнего дня. Хотя иногда и вспоминала. Нет, поначалу я боялась. Боялась, что кто-то что-то узнает. Или этот подстреленный «Ромео» меня найдет. А потом… потом время шло, недолюбленный Гато штурмовал раз за разом мою крепость и… ничего. Вот, совершенно ничего не происходило. История немного забылась, оставив в памяти только самые приятные воспоминания. Даже улыбку от такого уровня авантюризма в той ситуации. Все же три года прошло — я расслабилась.
Оказалось, зря. Да и мне, дуре, стоило помнить о законе подлости, который каждый раз собственной, любимой мной, персоне подкладывает свинью в самый неподходящий момент. Я отдавала себе отчет, что скорее всего, именно это мое приключение помогло менее болезненно пережить разрыв с Мих-алом.
Позволило относиться к бывшему возлюбленного тире куратору более спокойно, без глупостей и излишнего надрыва. Но все равно, встретиться вот так, лицом к лицу со своим недавним, но уже хорошо забытым, прошлым я была не готова. Чем, кажется, очень позабавила еще одного своего теперь уже бывшего любовника.
— Кхм, — откашлявшись, призналась я, — неприятные ощущения, когда тебя вот так огорошивают.
— Верю, — взглянув на свои пудовые кулаки, хмыкнул он, — я тоже тем утром обалдел от такой скромности. Грешным делом, подумал — вдруг так не понравилось, что даже без вежливого «пока» сбежала.
И взглянул так, со значением, мол, что скажешь?
— Я не… — запнулась, потому что чуть не ляпнула лишнего, — … решилась тебя будить, а сама очень спешила — то был мой второй рабочий день.
— Да ладно, не оправдывайся, — еще один ехидный хмык, хоть и делал вид, что ему все равно, но морду скроил чрезмерно довольную (и чему улыбается, гад?). Правда, угомонился быстро и уже более серьёзно добавил, — мои ребята все ноги себе обломали, выискивая спасительницу. А её и след простыл. Я-то подумал, что ты из местных, вот и прочесывали весь район, перетряхивая сквозь мелкое сито. Искали-искали и ничего. Кто ж мог знать, что к нам тогда такая птичка залетит? Сама будущая шериф южного округа собственной персоной.
Да уж, вляпалась. Посмотрела на него с сомнением. Не-а, этот шантажировать не будет, но при желании напоминаниями да подколками достанет до печенок. Что ж мне так «везет-то», как утопленнице? Лучше бы мы и дальше друг с другом не встречались. У него бы в памяти периодически возникал образ прекрасной (я надеюсь) спасительницы. Я бы иногда, втихую, наедине сама с собой смаковала подробности остатка ночи проведенного с ним…
— Совместные воспоминания — это прелестно, — повздыхав и попытавшись настроиться на рабочий лад, — но все же хотелось бы поговорить о деле.
Фамир еще с минуту молчаливо буравил меня взглядом. Честно, страшно не было. Хотя раздражало ужасно.
— Сейчас вернемся… к делам, — кивнул он медленно, словно что-то для себя решив, — только на пару вопросов ответишь и всё.
Правая бровь сама взлетела вверх, выдавая моё изумление наглостью некоторых ставить условия шерифу при исполнении и в то же время словно спрашивая: что мол, за вопросы.
— Ну, попробуй.
— Ты тогда?.. — посмотрел на меня вопросительно, будто ожидая продолжения собственного предложения, — Пойми меня правильно, я должен знать, как ты там оказалась. В конце концов степень моей откровенности зависит от твоего собственного желания со мной сотрудничать…
— Подсадной уткой никогда не была — ни тогда, ни сейчас, можешь не беспокоиться, — наконец поняв, что мне пытаются втолковать таким хитроумным способом, — Я в тот вечер с Гато… рассталась, неприятности на работе были… и просто должна была как-то расслабиться. Глупо, конечно, но ничего лучшего, кроме как залиться алкоголем я не придумала.
Посмотрела на него и пожала плечами. Добавить мне было просто нечего.