– Надолго ты здесь? – спросил Паша.
– Я на театральный фестиваль приезжала, – ответила Тамара. – Завтра уезжаю.
– И я завтра, – сказал он. – А что сегодня вечером делаешь?
– Да ничего особенного. По берегу пойду гулять. Поужинаю где-нибудь.
Паша помедлил, и Тамара поняла, что он хочет спросить, одна ли она собирается гулять и ужинать, но этот вопрос кажется ему бестактным. Она едва сдержала улыбку. Знал бы он, как легко ей отвечать на подобные вопросы! Мало осталось в ее жизни того, что заставляло бы сердце биться быстрее. Да просто ничего такого не осталось.
– Так, может, вместе? – наконец предложил он. – Погуляем и поужинаем.
– Я думала, ты в последний вечер в казино пойдешь, – улыбнулась Тамара.
– У меня смокинга нет. И фигура нестандартная, руки слишком длинные. В прокате не подобрать.
– В довильском прокате что угодно подберут. Но здесь смокинг не требуют. Иди в чем хочешь, только не в спортивном.
– Не знаю. – Паша покачал головой. – Я вчера в парке вечером сидел возле казино, видел, кто туда идет. Не то что спортсменов не наблюдалось, но и таких, знаешь… Для кого бы все это непривычно было. Исключительно подготовленные шли люди. Природно подготовленные, тремя как минимум поколениями. А ты в казино была? – с интересом спросил он.
– Была.
– И как там?
– Дивной красоты ампир. Особенно лестница хороша. И стены в зале тоже – рисунок на них изумрудный.
– А во что ты играла за зеленым сукном? – спросил Паша.
– Сукно здесь не зеленое, а алое. И абажуры над столами ярко-красные. И крупье не стоят, а сидят.
– Почему?
– Паша, спроси что-нибудь полегче! – засмеялась Тамара. – Думаешь, я дни и ночи в казино просиживаю? Я не азартная. Сыграла в прошлом году три раза во французскую рулетку, и все.
Разговаривая, они медленно шли по дощатому настилу. Паша пошел в кабинку переодеться. Ожидая его, Тамара думала, правильно ли будет провести с ним сегодняшний вечер.
Этот странный вопрос пришел ей в голову неожиданно и встревожил ее. Она сама не понимала почему, но чувствовала именно тревогу.
– Так как, идем вечером гулять? – спросил Паша, вернувшись.
– Да, – кивнула Тамара.
Делиться с ним своими необъяснимыми сомнениями она, конечно, не стала.
– А куда пойдем, кстати? – спросил он. – Я же ничего не знаю. Где здесь обычно ужинают?
– Да везде, – пожала плечами Тамара. – В казино. В отелях. На каждом углу. А, вот! – вспомнила она. – В Ульгате есть симпатичное местечко. Может, туда?
– Ульгат – это что?
– Городок на побережье. Деревня по-нашему. Я там знаю очень хороший ресторан, где морских гадов подают. Жалко же в Нормандии устриц не попробовать.
– Жалко, – согласился Паша. – Я здесь вообще что был, что не был. Переговоры целыми днями, на море только в окно смотрел. Сегодня начальник наконец с девушкой уехал – я хоть поплавать вышел.
– То есть вечером он не вернется? – уточнила Тамара.
– Надеюсь. Девушка достаточно красивая, по-моему.
– Тогда через два часа встречаемся у входа в «Нормандию», – сказала она. – Под часами. Вызовем такси и поедем в Ульгат.
Глава 8
– Не знаю, как кто, а ты точно вписываешься в сдержанную элегантность.
Паша смотрел так, что Тамара смутилась. Вот уж не ожидала этого от себя! Или ожидала?..
Во всяком случае, одеваясь к вечеру у себя в номере, она переменила перед зеркалом три наряда. Уже и не помнила, когда с ней такое бывало.
Тамара появлялась во многих местах, где встречали по одежке и по ней же провожали, поэтому одежек у нее было много. И все они были безупречны, об этом она заботилась, так что, собираясь куда-либо, могла без раздумий надеть любую. А сегодня и вообще не было необходимости тщательно выбирать наряд: ресторан, куда они с Пашей направлялись, был очень простой. Тот самый ресторан, в который будним вечером не чинясь приходят местные жители, чтобы попросту поужинать семьей или дружеской компанией. Тамара и выбрала его ради хорошей кухни и нормандской атмосферы.
И почему же тогда выбирает одежду так, как не выбирала ее уже… Невозможно припомнить, сколько лет она не выбирала ее так придирчиво.