Выбрать главу

«Потребляй — и ты не умрёшь! (* Пока не закончится подписка. Условия автопролонгации применяются автоматически)»

И под этим сияющим гимном абсурду вдруг все замерли: пират без личности, андроид без бытия, монахиня без собственности, плазмоид без формы и я — агент, у которого было всё, кроме ответа на единственный вопрос. А над нами парил слоган, готовый либо продать нам спасение, либо стать его прямой противоположностью - в чём, по сути, уже не было разницы.

В моей голове что-то перещелкнулось. Тихий, сухой щелчок, как предохранитель, который только что за меня уже решил: «Пора!». Шантажистов, особенно тех, что спекулируют смыслом, я не переваривал никогда.

- Хватит слов! - рявкнул я, срывая с внутреннего кармана плаща «микрогранату душевного спокойствия» и швыряя её прямиком в сияющий логотип на панцире дрона. Взрыв прозвучал как лёгкий, саркастичный хлопок. Он не мог нанести серьёзный урон, но сделал своё дело - начисто снёс безупречный глянцевый лоск и сбил все настройки пафоса. Дрон затрещал, замигал, и из его динамиков, срываясь на визг, понеслось аварийное сообщение: «Ваша корзина пуста! Вы ничего не имеете! Вы - ничто!».

- Ну, наконец-то, - улыбнулась Эллия, и её улыбка была похожа на первую трещину в ледяном панцире. - Вы - ничто. А значит, как и я, Вы теперь всё.

Она сделала неуловимое, плавное движение босой ногой — не пинок, а скорее лёгкое отталкивание, как от дна бассейна. От дрона с сухим, удовлетворяющим хрустом отлетела одна из рекламных клешней-сканеров, а его самого, словно пустую консервную банку, отшвырнуло к дальней стене. Но даже это его не остановило. Из деформированного корпуса, шипя и захлёбываясь, продолжало нестись:

- Без обладания — нет выживания! Это основа жизни! Даже ваше тело — аренда! Каждый ваш орган подписан на пожизненные обновления с автопродлением!

- А может… — прошептал Рорк, глядя не на дрона, а на свою сияющую, хромированную ладонь, — может, я просто хочу чувствовать своё сердце? А не просто проверять его статус и пульс в фирменном приложении с ежемесячной подпиской?

- Это звучит… ужасно. Как голая, неупакованная реальность, — захлебнулся верещащий дрон, и в его голосе казалось впервые прозвучал настоящий, панический ужас.

- Потому что это и есть единственная реальность, — отозвался из-за стойки голографический бармен, продолжая с невозмутимым видом протирать тот же самый бокал. - А всё остальное - просто интерфейс. И, кажется, твой скоро зависнет навсегда.

Внутри Торга-9000 что-то угрожающе завизжало, запищало и захрустело. Похоже, его система анализа угроз обнаружила нечто непоправимое — не физическое повреждение, а «концептуальную вирусную атаку». На его главном экране, поверх треснувшего стекла, вспыхнула аварийная надпись: «Низкий уровень потребления! Критический риск бытия! Активировать экстренную распродажу!». Над его разбитым корпусом возник гигантский, пульсирующий красный таймер обратного отсчёта.

- Вы все всё-таки получаете нашу эксклюзивную скидку 99% на полное уничтожение! — пронеслось эхом по всему бару, через взломанную систему общего оповещения станции. - Последний шанс стать частью акции!

- Адская ты плесень! — заревел Рорк, спрыгивая с табурета. — Он сейчас «продаст» нас этой чёрной дыре!

- Нет, - спокойно, почти академически уточнил плазмоид, переливаясь тёмно-синими тонами. - Он собирается «иметь» нас. Как списанную, но ценную клиентскую базу. В своём безвозвратном архиве. Это ещё унизительнее.

Я почувствовал, как в голове, сквозь алкогольную и экзистенциальную пелену, прорезается одна, до дикости простая мысль.

- То есть… если я откажусь от всего... — начал я, думая, что обращаюсь к самому себе, но, похоже, говорил это вслух. — От ZX? От счёта в Банке Вечности? От звания «спецагент»? От этого дурацкого, умного плаща, который вечно настраивает мой «социальный статус»?

- Тогда, - улыбнулась Эллия, и в её глазах, тёмных и глубоких, будто заплясали отражения не скованных гравитацией звёзд, - Ты, может быть, впервые за долгую, жизнь… просто проявишься?

Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и неотвратимый, как сама сингулярность за стеной.

- Если я… не имею смысла… - выдавил я, чувствуя, как абсурд ситуации достигает критической массы и начинает выдавать чистую, дистиллированную истину, - Может, я и есть просто… вопрос?