– Иван Игоревич!
Это что, глюки? Серов покрутил головой и обнаружил Дану, спокойно стоящую в дверях.
– Ты что здесь делаешь?
– А я решила остаться, – дерзко ответила девушка, с вызовом глядя ему в глаза. – У них уже не было времени меня ловить.
– Ты дура, да?
– Какая есть.
– Одевай скафандр, горе мое. Быстро, быстро!
Надо отдать юнге должное, скафандр она напялила с прямо-таки молниеносной скоростью. Ругающийся Серов ткнул пальцем в сторону кресла Дока:
– Пристегнись, сейчас будет весело! И шлем закрой!
Со стороны это было похоже на взрыв. Корабль внезапно окутался молочно-белым облаком, секунд на десять скрывшим его от глаз наблюдателей. Однако на самом деле взрывом тут и не пахло, скорее, это было мероприятием по его профилактике. Просто Серов разом стравил воздух из отсеков. Мера старая и банальная, однако не потерявшая своей актуальности. Нет атмосферы – нет и ударной волны, а значит, разрушения от вражеских попаданий окажутся в разы меньше. То, что «Фаэтон» столь серьезно пострадал в прошлом бою, как раз результат ошибки Кобры, ограничившейся стравливанием воздуха только из внешних, примыкающих к обшивке отсеков. В результате всего одно глубинное проникновение при взрыве британской ракеты привело к серьезным последствиям. Серов тогда не сказал Кобре ни слова, но она и без того прекрасно понимала, что виновата. Сам же он повторять ее ошибки не собирался, тем более воздух «Фаэтону» все равно больше не нужен. Фрегату не пережить этот бой, так пускай хоть продержится чуть дольше.
Форсаж! Корабль рывком устремляется вперед, перегрузка вдавливает ставшее вдруг невероятно тяжелым тело в кресло. Все системы подавления на максимуме, и ракетный залп ближайшего эсминца пропадает без толку. Проносясь мимо него, обменяться артиллерийскими ударами и остаться в плюсе – силовое поле русского корабля защищает объект меньших размеров, а значит, при прочих равных, и само меньше. А вот напряженность его, напротив, больше. И британские пушки лишь заставляют его вспыхивать ярко-алым, тогда как русский залп, напротив, достигает цели. Защитное поле пробито, системы наблюдения педантично показывают, как содрогается от попаданий корпус эсминца. Вряд ли что-то серьезное, скорее, контузия, но все равно крайне неприятно, когда в твой корабль что-то прилетает. Принадлежи эскадра Альянсу, может статься, эсминец бы в такой ситуации отвернул – тамошние вояки не слишком любят оказываться хоть в малейшей опасности. Однако сейчас в бой идут не вырожденцы, а настоящие британцы, знающие, что такое долг и честь, и эсминец упорно разворачивается, пытаясь перехватить быстро уходящую цель. Безнадежно, и пока что игра шла по русскому сценарию, весьма далекому от классического.
Вообще, для противника направление удара русских оказалось полнейшей неожиданностью. Атакуют сильнейшего, выбьешь его – с остальными проще справиться. Все так, и в подавляющем большинстве случаев сражающиеся руководствуются именно этой простой логикой, но не сейчас. Вместо того чтобы погибнуть, увязнув в безнадежном бою с крейсером, Серов прорвался мимо попытавшегося остановить его эсминца и атаковал фрегат, в три залпа превратив его в груду обломков. Вот так. Корабль может быть невелик, но гибель его – это гибель корабля. И с психологической точки зрения это звучит куда внушительнее, чем какие-то там «значительные повреждения». А потому неудивительно, что британские корабли, пока еще не ломая строй, начали разворачиваться в сторону наглого русского. А тот, вместо того чтобы комплексовать по поводу тотального превосходства врага во всем, вновь форсировал двигатели и рванул вперед. На стороне одиночки преимущество в координации, а противник связан условиями построения, а значит, он теряет в инициативе, пускай и совсем немного.
Со стороны это больше всего походило на таран, и командир британского крейсера хорошо понимал, чем ему грозит столкновение с русским фрегатом. Звездолет, обладающий колоссальной массой, силовым полем не остановить. И крейсер после столкновения превратится в груду искореженного металла, если вообще уцелеет. Действия, предпринятые британцами, были логичными и позволили уклониться, но при этом строй рассыпался, и образовалась масса «мертвых зон» для орудий. В одной из этих зон и проскочил «Фаэтон», чтобы встретиться нос к носу со спешащим на травлю русского медведя фрегатом. Очень удачно столкнулся и, проносясь мимо, разнес вражеский корабль в клочья. Лепота!