— С ним, я имею в виду Дремова, еще кто-то был?
— Так я и был! — признался завгар.
— И?..
— А что «и»? Взяли бутылку водки, кажется «Кедровая» была, и пошли ко мне.
Видимо сообразив, что этим признанием он поставил и себя, и Дремова не в самое выгодное положение, завгар улыбнулся виноватой улыбкой и, как бы винясь перед гаишным начальством, покаянно развел руками.
— Здесь, понимаешь ли, такое дело… Илюха мужик-то неплохой, молодой и хозяйственный, к тому же копейке счет любит, так что с таким по жизни не пропадешь, а у моей Маруси подруга на работе есть, разведенная и еще далеко не старая, сбежала от мужа-алкоголика, вот она и просила меня познакомить Илью с Татьяной. М-да. А тут как раз подходящий случай, я и пригласил его к себе…
— А потом еще один бутылец «Кедровой» взяли, — подсказал Бобылев, — затем еще один…
— Ну а как же без этого? Тем более что я позвонил своей, и она Татьяну пригласила…
— И что, свели наконец-то парня? — не удержался, чтобы не съязвить Бобылев.
— Не без этого, конечно, — хмыкнул завгар. — Вроде бы как оба довольны остались.
— Несмотря на простуду и головную боль?
— Ну!
— И во сколько же от вас ушел Дремов?
— В какое время ушел?.. Да, пожалуй, уже второй час шел… Да, где-то около двух ночи.
— Один ушел?
— Зачем же один? С Татьяной и ушел. Проводить чтобы. Она неподалеку от нас живет.
— И что дальше?
— Что дальше? А дальше хренотень начинается. Этой же ночью какой-то гад его КРАЗ угнал.
— Груженный мраморной крошкой?
— Вот именно, крошкой мраморной. На нее, видать, и позарились. Полный кузов около пятнадцати тысяч стоит. А машину потом в водохранилище мордой сунули.
— Предварительно совершив ДТП, — подсказал Бобылев.
— Оттого, видать, и утопили, что КРАЗ этот уже меченым стал. А так бы и загнать каким-нибудь фирмачам могли, в ту же Владимирскую область или Ярославскую.
— Площадка, на которой Дремов оставил свой КРАЗ, охраняется?
— Зачем? — удивился завгар. — У нас территория гаража охраняется. А площадка эта, для груженых машин, почти к самому забору примыкает. Так что, охрана там ни к чему.
— Но КРАЗ-то все-таки угнали?
Завгар только руками развел на это.
Головко уже заканчивал протоколировать эксгумацию трупа, как вдруг позвонил Бобылев.
— С тебя бутылец, Семен. Я, кажется, вышел на водилу, который размазал по асфальту того американца, Рудольфа Даугеля.
— И кто же это?
— Некий Илья Дремов, водитель КРАЗа, место постоянной работы — ООО «Речник». — И он вкратце пересказал все то, что рассказали завгар и охранник, дежуривший в ночь «угона» КРАЗа в офисе «Речника». — Что делать прикажете, господин следователь? Брать и колоть до самой задницы?
Явно довольный Бобылев был настроен более чем решительно, однако Головко вынужден был остудить его пыл:
— Я бы не спешил с его задержанием.
— Отчего так?
Головко молчал, анализируя возможные варианты, в том числе и тот, если Дремов будет стоять на своем и его не удастся расколоть «до самой задницы». Судя по всему, он спроворил себе настолько веское алиби, что расколоть его практически не удастся. А вот насторожить его вызовом в следственное управление и тем самым заставить затаиться не только его самого, но и заказчика убийства… Уж слишком велика была ставка, чтобы идти на подобный риск.
— Спрашиваешь почему? Да потому что Дремов — всего лишь исполнитель, шестерка, а мне нужен заказчик убийства. Бутылец, конечно, за мной, но главное сейчас — выявить криминальные связи Дремова.
Распрощавшись с явно недовольным Бобылевым, из рук которого уплывал «горяченький пирожок», Семен тут же перезвонил Бусурину:
— Нужна ваша помощь!
— Чем могу?
— Срочная разработка водителя КРАЗа. Илья Дремов…
Глава 25
Уже под вечер, когда были раскатаны по бревнышку полуобгоревшие, обуглившиеся стены и обнажилась наконец-то подпольная часть массивной пятистенной избы, Овечкин заинтересовался кладкой из красного кирпича, напоминавшей крошечный погребец, попасть в который можно было только из сеней, подняв четыре половицы.