- Это нотарий герцога? - с придыханием спросил Проня.
- Помощник писца, - уточнил генуэзец. - А вот тут, - Пьетро бросил на землю объемный мешок, - письма герцога. В основном, переписка с вассалами, договора с рыцарями и послания эвбейцам. Для каждого отосланного письма обязательно сохранялась копия.
- Это все хорошо, но … - разочарованно протянул деспот, ожидавший нечто большее, однако тут же замолчал, увидев торжествующую улыбку Пьетро, протянувшего ему печать. Взяв ее в руки, Мануил Дука внимательно рассмотрел находку:
- Неужели, большая печать афинского мегаскира? Да, я узнаю ее. Когда-то мне приходили послания, заверенные ею. Должен признать, вещь ценная, даже весьма. Но, - с сожалением констатировал деспот, - проку от нее теперь нет. Герцогства же фактически не осталось. Мы его скоро займем, как и Эвбею.
Однако, Проня с сюзереном Фессалии не согласился:
- Для тех, кто не знает о поражении афинского войска, печать де ла Роша все еще имеет силу. А не знают многие. По дорогам вести разносятся медленно, а море охраняют корабли Контофре.
- Да, верно, - оживился Мануил Дука Комнин. - В отдаленных землях эпистолию, скрепленную этой печатью, примут за подлинную.
- И можно от имени герцога получить большие займы у венецианцев, - хохотнул игемон Феодор. - Например, под залог его имений. И нам выгода, и врагов разорим.
- Да, пожалуй можно потрясти лихоимцев, - неуверенно кивнул Проня, - но это нечестно. Я вообще-то не для корысти просил разыскать печать, и совсем иное замышлял.
- Ах, значит ты еще давно эту затею придумал? - изумился Никифор
- Верно, давно, только не я сам, а наш вещий воевода. Он знал, что если мы начнем рьяно освобождать Фессалию, то латинянам это может не понравиться. Гавриил был уверен, что мы разобьем франков, и советовал после победы скорее разыскать хотя бы малую печать, чтобы именем герцога отправить эпистолу врагам православных.
- И я знаю, кому мы напишем послание о победе герцога, - хитро улыбнулся генуэзец. - Жак, возьми старый использованный пергамент, положи вот на угол стола и пиши: Достославному барону… Или как его лучше титуловать?
Франкский писец, быстро сообразивший, что он до зарезу нужен победителям, уже преисполнился чувством собственной значимости и позволил себе высказать личное мнение:
- Мессир, разрешите мне самому разобраться с титулатурой. И еще. Послание должно быть кратким. Когда мы пишем письма прямо в поле, да к тому же второпях, после битвы, то витиеватости совершенно неуместны. Так что просто скажите мне имя адресата, и о чем вы его просите, а остальное я сделаю сам.
- Сделай, сделай, родной, - умоляюще вскричал боярин - И если грамотке поверят, то можешь просить… можешь просить… Да что угодно, хоть луну с неба, поджаренную на сковородке.
Жака не нужно было уговаривать. Он достал из мешочка письменные принадлежности, торопливо очинил перо, а потом старательно заскрипел им, предвкушая себе, как будет вскоре тратить богатство, которое на него свалится. Совесть его при этом нисколько не мучила.
Понаблюдав с минуту, как перо скребет пергамент, Проня вдруг вспомнил, что кое-что упустил:
- Послушайте, полководцы, придумайте, как нам лучше послание доставить. Ну вести же его на никейской галере!
- В Молосе остались кораблики, - заметил Константин Кавасил. - Я видел, как они вышли в море, а потом наши катерги отогнали их обратно. Можно договориться с кем-нибудь из судовладельцев, предложив хорошую плату и взяв в залог его семью.
Быстро закончив с письмом, и даже не посыпав пергамент песком, черновик же, помощник нотария протянул его дуксу, в котором угадал главного.
Никифор, наблюдавший всю возню с подложным посланием сначала с изумлением, а после со все возрастающей надеждой, взяв грамотку, вдруг улыбнулся и вкрадчиво поинтересовался у боярина:
- Игемон, а что ты планируешь делать дальше?
Василий Дмитриевич задумчиво возвел очи горе, постучал пальцами по столу, поерзал на сиденье, смущенно прокашлялся, и мог бы еще долго так собираться с речью, если бы его не выручил деспот:
- У нас достаточно воинов, чтобы без труда занять Фивы и Афины. Так что, полагаю, можно собрать небольшой отборный отряд и посадить на корабли. Жаль, что я сам не могу в этом поучаствовать. Мне нужно вести фессалийцев.
- И я не могу бросить доверенное мне базилевсом войско. Да и Кавасилу своих всадников тоже никак не оставить. Василий, а вот тебя могу отпустить - подытожил дукс. - Задумка твоя, так как же тебе в ней не поучаствовать.