— Глядя на тебя мне уже страшно, — прошептала она.
— "Страшна не исповедь пастырю, а грехи, что она вскрывает, нет чистых кроме святых, и душа болит после у каждого, но разному," — процитировал ей — вот так.
— Иди ложись милый, я же вижу, что тебе тяжело, — произнесла она гладя меня по голове.
— Только покурю, — ответил ей.
Вышел на балкон, ничего не случилось на самом деле, кроме того, что я узнал, как меня полностью зовут — Владимир Валерьевич Клиленд — Роберт Дэвис Стюарт. То есть я потомок Марии Стюарт.
Утром встал в семь утра, душ, бритье, такие же обычные процедуры, как почистить зубы, если что-то не сделаешь, потом весь день себя не уютно чувствуешь. Сделал кофе, на двоих только сел пришла заспанная невеста, которая еще не знает, что она невеста. Сказал ей обязательно покушать что-нибудь, потому что когда будет возможность не известно. Пока она была в ванной сделал себе большой бутерброд с икрой, выпил стакан водки, наплевав на ранее время, закусив бутербродом. И сидел пил кофе. Она вышла, красивая очень, не замечая своей красоты и от того еще красивей. Налила себе кофе, сделал что-то типа огромного бутера. Через час мы выехали, я в мундире, она в брючном костюме. Я положил кольцо в нагрудный карман, в девяти утра были на Бауманской, спустились вниз по нижней Красносельской и остановились возле ворот во внутренний двор. Ворота медленно открылись, охрана вытянулась. Юлька не понимала, что происходит и растеряно смотрела по сторонам. Мы прошли в церковь которая была пуста, хотя эта церковь всегда полна верующих. Зашли внутрь, Юля покрыла голову легким платком. Подошли к алтарю.
— Юлия Владимировна Румянцева — Задунайская согласна ли ты выйти за меня замуж? В этом святом месте, клянусь любить тебя всегда, хранить и защищать, — я встал на колено и протянул ей кольцо. Она смотрела на меня счастливыми, растерянными глазами, будто опасаясь, что я скажу стоп и все вокруг рассмеются.
— Да, я согласна, — она взяла кольцо и одела на палец.
Мы прошли за алтарь, где нас уже ждали и проводили наверх в разные стороны коридора.
Меня в комнате ждали Димон и генерал, кто ее не знаю. Быстро снял мундир, а Димон убрал его в чехол для костюмов я оделся в белую сорочку и черный, итальянский костюм. Заглянул служитель и увидев, что я готов показал на выход. С другой стороны коридора вышла Юля, в сопровождении одетых в одинаковые платья девушек. Она была в белом, подвенечном платье с вуалью. Посмотрев на нее я прошел за служителем вниз, у алтаря стоял патриарх я встал рядом. Он ободряюще мне улыбнулся. Заиграла музыка и из боковых дверей вышла Юля в сопровождении генерала. Он подвел ее ко мне, я взял ее за руку и церемония началась.
— Венчается раб божий Владимир — Роберт Дэвис Стюарт и раба божия Юлия Румянцева — Задунайская, — начал нараспев читать патриарх.
И в конце.
— Жених может поцеловать невесту, — только сейчас очнулся. Народу в церкви было очень много. Приподнял вуаль и поцеловал ее в губы.
— Идите дети, вас ждут, — мы улыбнулись и пошли сквозь толпу. Многие нас крестили, краем глаза заметил оператора, он украдкой показал большой палец. Мы вышли из церкви и тут же попали в кольцо охраны. На дороге стоял огромный черный лимузин, и несколько черных лендроверов спорт. Нам открыли дверь и мы юркнули в салон. Только тут я слегка расслабился.
— Что это было? — спросила жена.
— Венчание, а сейчас будет свадьба, — ответил ей.
— Тебя называли Роберт Дэвис Стюарт? — спросила она.
— Да, это мое имя, — ответил тихо.
— Ты принц? Наследник английской короны? — раскатала она губы — я вышла замуж за принца?
— Успокойся, я Владимир Валерьевич Клиленд, да в Англии и Шотландии у меня другое имя, но оно не признано, так что ты вышла всего навсего на полковника ФСБ, — успокоил ее воображение. А то намечтает сейчас себе не известно чего. Между тем мы летели по Москве для нас перекрыли движение и с воем сирен мы за пятнадцать минут долетели до места где-то в самом центре города, в сердце его среди узеньких улочек мы вышли, нас сопровождали, открывали двери и наконец мы зашли в большой, светлый зал. Снова заиграла музыка, прошли к столу где нас официально поженили. Дальше был большой банкет, я наконец смог поговорить с матерью, но она отмахнулась — все потом, сейчас только обняла и поздравила.
Зато у племянника глаза были дикие, теперь уже я сказал — все потом.
Нас посадили за отдельный столик, мать с племянником сидели рядом с генералом и Димоном по правую руку от меня, по левую руку Юли сидели ее подруги.
Около стола стояли телохранители. К нам подходили представлялись и клали на стол конверты с визитками князь, граф, виконт, барон представлялись они, какой то бал маскарад, было бы весело, если бы не так серьезно. Потом пошли люди говорящие по английски, с ними общался я, по французски тоже я. Юлька уже рефлекторно кивала, улыбаясь я глянул на Димона, курить хочу прошептал губами, он кивнул, сказал что-то одному из телохранителей, и мы пошли за ним. Прошли в комнату с кондиционером, тут был накрыт небольшой столик, но никого не было. Но был арманьяк, к нему я сперва и устремился. Налил бокал и выпил, налил еще закусил кусочками засахаренного лимона. Димон протянул мой портсигар, я взял сигару, портсигар убрал карман. Прикурил и с наслаждением выдохнул.
— Ну что Ваше Высочество, как самочувствие? — усмехнулся он.
— Хоть ты не издевайся, — ответил ему — нашли Высочество, мне когда Кирилл все рассказал, я еле челюсть от пола оторвал. Слушай может это ошибка?.
— Ты думаешь тебя не проверили — раз сто, днк анализ, физиономист анализ и еще куча разных. Все на контроле у президента было.
— А Юлька, она настоящая или тоже подстава? — спросил его.
— Настоящая не переживай, такое бывает иногда, что в план врывается кто-то и его приходится быстро менять, — ответил он.
Я еще выпил чувствуя как меня отпускает.
— А дворец? А работа, как теперь? — спросил его.
— А что дворец? Он твой официально, только теперь с тобой еще и ребята из ФСО постоянно будут, тоже официально. Работа, приносит хорошие деньги, ты там учишься и ничем не рискуешь, тебя там нет, только твое сознание, — ответил спокойно он — покурил? пойдем обратно.
— Погоди, не спеши, не хочу я туда идти, устал, — сказал ему.
— Скоро все кончиться, пара часов осталось, сейчас президент заедет, — ответил он и посмотрел на охрану.
— Через пятнадцать минут, — сказал телохранитель невозмутимо.
— Вот, еще целых пятнадцать минут, — пробормотал я.
Закурил еще, хотел подумать, но в голове была только звенящая пустота.
Пора было возвращаться, я выпил еще немного арманьяка, чем то зажевал и мы вернулись.
Подружки сразу пересели к себе, посмотрел на Юльку она устало прикрыла глаза, наклонился к ее уху.
— Немного осталось, потерпи, сейчас президент заедет, и потом мы свалим, — прошептал ей так чтобы губ было не видно.
У нее снова распахнулись глаза.
— Тихо, тут хватает умельцев читать по губам, — она сглотнула, кивнув.
Потом повернулась почти вплотную к уху.
— Как думаешь, нас кто-то снимает на камеру? — спросила она.
— Конечно, десятки камер и две официальные точно, одна патриарха, еще с церкви, вторая думаю президентская, — ответил ей в самое ухо.
— Вот бы записи получить, — помечтала она.
— Все по телевидению покажут, когда не знаю, — ответил ей — вспоминай как книксен делать.
— Ой, точно, — засуетилась она. Все вокруг тоже засуетились.
Президент Российской Федерации.
Мы встали, вышли перед столиками.
Президент как всегда с улыбкой ко всем склонил голову немного, нашел нас взглядом и подошел прямо к нам. Поздравил сделал глоток шампанского вместе с нами, протянул мне руку и пожал, Юля сделал книксен перед этим.
— На вручение героя поговорим, езжайте домой пока, — все так же улыбаясь вышел.
Я посмотрел на генерала и показал головой выходим, он кивнул. Мы встали и раскланиваясь вышли за президентом, он уже уехал, сели в ожидавший лимузин и так же с сиреной полетели в городскую квартиру. Я достал телефон позвонил матери.