Как сказали бы раньше зал сотрясли бурные, продолжительные аплодисменты. Я налил еще "воды" сделал глоток, допил.
Поднял руку, зал затих.
— И все же, при чем здесь мы? Наверно подумает каждый, мы люди осторожные и тоже далеко не дурачки, иначе мы не были бы собой. Так при чем тут мы? Нас все последние сто лет задвигали, унижали, убивали, грабили, что только не делали с аристократическим обществом. Многие плюнули и уехали, я не обвиняю их, они хотели жить, а не существовать.
Но мы остались, а ведь все мы люди далеко не бедные, можем позволить себе жить в любой стране мира и оттуда прекрасно управлять нашими средствами. Но мы тут, я перед вами, вы передо мной.
Снова налил из другого графина воду и выпил.
— Президент очень умный человек и мое уважение без сомнений заслужил.
Он призвал меня, после награждения героем России и сказал — кухарка не может управлять государством, тут нужны люди умные, опытные и надежные. Я знаю не много таких, собери их, поговори с ними. Нам нужна партия восстановления аристократии, потому что именно эти люди, своим трудом, своим поведением служат примером для всех. Честь не пустое слово для нас, мы никогда не запятнаем свою честь воровством, как говорят коммунисты "чтобы не было богатых", а я хочу чтобы не было бедных, потому мы должны создать свою партию-партию Российской аристократии. Я сказал специально не только русской, а всех кто хочет быть в новой, сильной, монархической Российской империи.
Бурные, продолжительные, аплодисменты.
Я поднял руку, зал затих.
— Вот стоит моя жена Юлия Владимировна графиня Румнецева-Задунайская, рядом с ней стоит человек президента Оксана Викторовна, они мои помощники. Увы я не настолько богат как многие тут, но я молод и силен, я офицер, полковник ФСБ и у меня много работы. После завтра я отправляюсь в командировку, пока меня нет, все вопросы решат они. А теперь господа я жду ваших подписей, денег не нужно, пока только подписи. Оксана Викторовна сколько необходимо для регистрации?
Она ответила, все засмеялись.
— Господа, записывайтесь у Оксаны Викторовны, дальше будет еще собрание, недели через три, надеюсь вернусь и мы подробно обсудим возникшие вопросы. Удачи нам господа, за Россию, — все заорали за Россию и я пошел на выход. Пожимая руки и направо, и налево.
Я вышел на крыльцо закурил, какой-то сопливый лейтенантский хотел ко мне подойти и покарать, но к нему подошел Петр, аккуратно, за горло отнес его от меня и рявкнул бегом, как лейтенантик припустил.
— Как прошло? — спросил он, Петр.
— У Оксаны спроси потом, мне самому интересно, — ответил ему.
— Жену ждем? — я кивнул.
— Прям выдохся, если Оксанка графин водки не поставила вместо воды, точно не осилил бы, — улыбнулся ему.
Он посмотрел, потом дошло и заржал.
Наконец Юлька вышла, за ней толпой шли будущие партийцы. Она села в машину.
— Еще раз спасибо господа, жду вас всех на следующем собрание, честь имею господа, — сел в машину.
И кортеж тут же рванул с сиреной, на красный, перекрывая движение.
— Крутой мужик, отличным царем будет, — сказал один.
— Согласен, — сказал другой, остальные закивали. Никто не видел, что их мимику снимает камера с соседнего дома, но с очень сильным увеличением четкости.
— Ну ты дал, — сказала Юлька — Оксанка вообще кипятком писала, все повторяла мы не ошиблись.
— Вот знаешь, честно скажу, говорил, что думал, никому не хотел угодить, — ответил ей -
есть хочу, давай на Беговую заскочим, посмотрим как там.
— Точно давай, — согласилась она.
Я набрал Петру сказал что хочу, и тут же движение поменялось. Через полчаса мы были дома. Вошел в квартиру и прям расслабился, упал в кресло любимое, даже раздеться сил не было.
— Юлька давай тут жить, тут так хорошо, привычно, — проговорил я — ну его нафиг этот дворец.
Она подошла, обняла, прижалась.
— Мне тоже тут очень нравиться милый, но после твоей речи нам уже не позволят уйти в тень, — сказала она.
— Ну кто меня за язык тянул, а? — вздохнул я — пойдем перекусим.
Посмотрел холодильник, водка есть, икра красная есть, мясо есть, правда мороженое. Налил водки и ей тоже открыл икру, погрел сухой уже лаваш минуту, стал съедобным.
Выпили, закурил открыв форточку. Можно же жить и там на выходных, а когда работа, как сегодня тут.
Эти мысли выложил Юльке. Она подумала и согласилась с мыслью, осталось придумать как реализовать. Я позвонил Петру сказал зайти, сейчас съездим к матери и вернемся сюда.
Это ему и выложил.
— Можешь отпустить ребят на ночь к женам и сам съездить оставь пару холостяков, — сказал ему.
— Ты серьезно? Первый хозяин, что думает о людях, все, договорились, — удивился он.
— Через час поедем к матери, потом сюда, и отпускай до завтра до обеда, — сказал ему.
— Есть босс, — довольный пошел к ребятам.
Мы просидели час просто так, только потом вспомнили, что повара тут нет. Вынули мясо из заморозки убрали в раковину, можно купить, но лень.
— Может останешься, я один быстро смотаюсь? — спросил жену.
— Нет, у меня хорошая свекровь я ее уважаю и навещу, — уперлась Юлька.
Вышли и поехали. Клиник под управлением администрации президента много, та что была нужна нам находилась на севере Восточного округа, в начале Лосиного острова, той его небольшой части, что на территории Москвы, ровно за Метрогородком.
Стоящие на въезде строгие охранники быстро подняли шлагбаум и вытянулись, когда мы пролетели мимо, даже не притормозив.
Маму я нашел в отдельной палате, она лежала довольная и смотрела телевизор.
— Ну как дела мам? — спросил ее.
— Все хорошо Вов, снова показывали как тебя награждали, как ты потом ушел с президентом, я так тобой горжусь сынок, — довольная она радовала.
Тут в дверь постучали и просунулась голова охранника.
— Ваше Высочество, доктор, — судя по хитрым глазам, такое обращение именно для врача, — кивнул.
— Мамуль я тогда поеду, дел еще очень много, — они поцеловались с Юлькой и мы вышли.
Доктор, высокий, стройный молодой еще мужчина смотрел на меня спокойно-уважительно.
— Что скажете, доктор, есть надежда вернуть хотя бы возможность нормально ходить? — мы не спеша шли по коридору.
— Ну что сказать Ваше Высочество, случай тяжелый, запущенный, но не безнадежный, несколько операций и все будет в лучшем виде. Что касается рук, то это обычный артрит, тут все проще, вытянем суставы, наполним искусственной хрящевой тканью и все пройдет, — ответил он.
— Спасибо за добрые слова, я очень надеюсь, что у вас все получиться! — улыбнулся ему.
— Мы очень постараемся, не волнуйтесь Ваше Высочество, — он улыбнулся уже мне.
Я пожал ему руку и мы стремительно покинули здание. На выходе нас немного задержала толпа больных, я сказал громко, что желаю все скорейшего выздоровления, и пообещал, что теперь все будет хорошо, что скрывается за этими туманными словами, пусть годают.
Так стремительно мы покинули территорию направляясь домой. Позвонив дворецкому сказал, что из-за дел остаемся в городской резиденции, пусть присмотрит за всем, все должно быть отлично. Потом набрал Славке сказал примерно тоже, но другим тоном. Все можно расслабиться.
Щурясь как довольный кот, президент слушал пламенную речь своего ставленника и был очень доволен. Оксана сидевшая напротив ерзала на кресле, она была в восхищении от поведения новоиспеченного Героя России и давно забыла все свои сомнения и предубеждения.
— Он так их завел, они чеки на миллионы совали, шепот на весь зал стоял — царь, новый царь рождается, — пропела она.
— Молодец, я рад, что мы не ошиблись в нем, поддержку ему увеличить вдвое, все начинания мне на рассмотрение, все иди, — сказал президент.