– Гавша, у тебя руки прямо волшебные, – щебетала Сбыслава. – Ты так все замечательно делаешь. Вот твоей жене будущей повезет. – Ага, кто же спасателю жениться разрешит. Это же страховку какую семье платить, если что. Финансовое управление лучше удавится или, что более вероятно, уволит неразумного сотрудника по первому попашемуся поводу. Ну, например, по медицинским показателям.
– А еще, – продолжала Аннушка, – у меня вот тут болит…
Продолжить она не успела, потому что в коридоре кто-то сильно закашлял. Странно, у нас в отряде вроде никто не болеет.
– И спина вот…
– Кха! Кха! Кха! – загромыхало за дверью. Черт, надо посмотреть, кому так не можется.
Приоткрыв дверь, я узрел нашего посла, от нетерпения подпрыгивающего и машущего руками, чего за ним ранее не наблюдалось. До сих пор Капеца старался блюсти боярское достоинство, вел себя солидно и, как неразумный отрок, не скакал.
– Фрол, да что такое случилось? – изумленно спросил я.
– Новость узнал, – нетерпеливо выпалил рязанец. – Черниговский князь все же послал в Козельск полтысячи комонных дружинников.
Услышав такую замечательную весть, я сразу же сник. Войску я, конечно, рад, но ведь с дружиной наверняка прибудет Тит Цвень. Этот тип обязательно станет претендовать на воеводскую должность, положенную ему по праву. Я за место, конечно, не держусь, но отдавать княжича в столь ненадежные руки слишком опрометчиво. А что поделаешь, родовитость и богатство этого боярина перевешивают заслуги пришлых чужаков. Черт бы побрал устаревшие догмы, тормозящие прогресс и ведущие общество в тупик. Если рассуждать логически, то заслуги предков – не основание для получения высокой должности. Исполнительная власть должна вручаться рассудительным и теоретически подкованным гражданам, пользующимся всеобщим доверием, и в таких вопросах нельзя доверяться нелепой случайности рождения.
Так, о чем это я рассуждаю? Что-то меня уже далеко занесло. Эдак можно додуматься и до отмены княжеской власти, а если подобное ляпнуть при всех, то… Но вопрос с Титом как-то решать надо. Может, устроить боярину несчастный случай во время какого-нибудь сражения? Нет, не выйдет. Судя по отзывам хорошо знающих его людей, Цвень постиг современную концепцию ведения войн, согласно которой полководец должен находиться позади своих войск и не лезть в гущу схватки. Тогда что? Яд, нож, стрела из самострела в спину, зашибить «случайно» во время пьяной драки? Эх, не хватает мне нужной квалификации. Ни интриговать, ни устраивать тайные убийства не умею. Вот еще одна заморочка на мою голову.
Между тем, пока я решал глобальные проблемы, Фрол настойчиво втолковывал мне о чем-то не менее важном:
– Только бы дружину не отозвали обратно, – беспокойно вздыхал рязанец. – Боже упаси, если до Михаила дойдет весть о битве на Сите. Ведь он же тогда начнет созывать рати для похода на Киев.
Да, тут боярин прав. С черниговского князя станется отменить решение и оставить подчиненный город без защиты. Плевать ему, что тут, у Козельска, соберется вражья рать во главе с Батыем, готовая полностью уничтожить черниговских подданных в этом районе. Если появится хотя бы намек на то, что место великого князя освободилось, то тут же начнется передел земель. Многие, очень многие Рюриковичи захотят получить жирный кусок, а для этого нужны не столько неоспоримые наследные права, сколько военная сила. Как там сказал поэт?
И из-за княжьих амбиций Козельск останется один на один перед всей силой великой степи.
Наряд, который раздобыл наш расторопный посол, действительно оказался мне впору – и кафтан, и ногавицы, и рукавицы, и все остальное. В другое время я бы целый день с удовольствием рассматривал затейливые узоры и изучал импортную ткань, покрывавшую шубу. Но сейчас лишь равнодушно натянул новенькую одежонку, даже не удостоив ее взглядом. Вопросы этнографии для меня как-то отошли на задний план. Впрочем, Фрол, не менее моего озабоченный проблемами геополитики, не забыл строго предупредить, чтобы я не заляпал одежку на пиру.
Метров тридцать, которые нам предстояло преодолеть, не такое уж большое расстояние, и княжич решил, что лучше пойти пешком. Ну в самом деле, глупо собирать огромную кавалькаду, если вереница всадников, приглашенных и слуг как раз растянется от нашего терема до княжьего.